Пусть жарко, пусть! Мужчина на рынок отправился, по солнечной стороне улицы шел быстро, останавливался в тени, пил воду из бутылочки, тяжело дышал. Иногда появлялся ветерок, и становилось легче.
Купил огурцы, картошку, пучок редиски и зелень. У выхода продавали красивые персики, надо килограмм взять.
На обратном пути магазин, там работает кондиционер, можно спокойно выбрать колбасу, положить в корзинку десять яиц и бутылку кваса. Проходил мимо хлебных полок, прихватил булку.
Подошел к кассе, но вернулся в торговый зал за сметаной и майонезом.
Дома, как мама когда-то, мелко резал овощи, отварил картошку и несколько яиц.
Кастрюля почти до краев, нужно в холодильник убрать.
Для персиков выбрал старинную вазу, которая маме принадлежала. Достал, вертел в руках, почему-то погладил по краю, на стол поставил.
В шкафу хранится скатерть, ее маме родная сестра подарила. Много с тех пор воды утекло, а скатерть как новая. И немного обидно, что людей нет, а она лежит себе на полке, и ей все равно, что люди и время ушли.
Стол посередине комнаты, шумит кондиционер, тарелки из родительского сервиза расставлены, лежат, поблескивая, ложки. Тут же соль и перец, хлеб горкой.
Нетерпеливо смотрит мужчина на часы, но не звонит, ждет, когда гости придут.
Вот и они, зашли в прихожую, звонкие веселые голоса. Сначала руки мыть, наконец, в комнате появились: «Какой ты молодец! Как у тебя все красиво».
И расселись вокруг. Мужчина рядом, смотрит с улыбкой, как дочь окрошку разливает, как зять берет кусок черного хлеба, а внучка кладет в свою тарелку две большие ложки сметаны.
Родные, милые, дорогие люди – за столом. Можно бесконечно смотреть и улыбаться.
Внучка быстро справилась с окрошкой, ручка потянулась к спелому персику, по личику потек сок. Мать сказала что-то строгое, но мужчина быстро подал белую бумажную салфетку.
От чая отказались, наверное, потому, что жарко.
