Первые месяцы после демобилизации Витька просидел в кухне на табуретке. Просто сидел. Просто смотрел в одну точку. Механически ел, пил, что-то говорил, но разговаривать… разговаривать не хотел даже с отцом. Витька считал себя виноватым в том, что там, на дороге Кабул-Джелалабад он не прикрыл друга и одноклассника Пашку – отвлекся на свою рану. Как теперь смотреть в глаза дяде Пете? Как оправдаться перед Пашкиными братьями и сестренкой? Потерянная Виткина рука и Пашкина жизнь – это далеко не одно и то же…
Виктор очнулся только в тот день, когда его отца увезли в больницу. Нельзя же из-за самоедства потерять единственного родного человека…
***
Кому нужен однорукий работник? Значит, о физическом труде не стоит и помышлять. Но учиться-то можно! Да у бывших «афганцев» есть льготы при поступлении.
Льготы-льготами, а на стипендию не проживешь…
Неожиданно в Витьке обнаружилась «коммерческая жилка»: он вместе с однокурсниками создал кооператив, который после смены власти и строя превратился в «фирму».
Директорство не отменяло необходимости готовиться к экзаменам и зачетам. Вечера в общежитии проходили одинаково: одни студенты веселились, а Виктор сидел за учебниками и конспектами, мало обращая внимания на броуновское движение жильцов и гостей по комнате. Не удостоилась внимания и Роза!
***
Роза обиделась, но не подала вида: капризы не входили в ее планы. У нее была цель, вернее, даже две цели. Первая – развод. А вторая… Вторая весьма и весьма деликатная, требующая мягкости и тонкости обхождения.
С разводом проблем не возникло: Виктор и сам понимал, что Роза «достойна лучшего». Зачем ей инвалид?..
Когда формальности были обговорены, Виктор потянулся за отложенными учебниками, а Роза мало того, что уходить не собиралась, так еще и в комнату никого не пускала – закрыла дверь на шпингалет.
- Витя, неужели ты не угостишь жену чаем? Все-таки мы не посторонние, - елейным голоском пропела пока еще «законная» вторая половинка.
- Что ты подразумеваешь под словом «чай»? Деньги?
- Деньги? Да откуда они у студента…
- Тогда что тебе надо?
- Я соскучилась по тебе, по твоим ласкам, по нашей страсти…
- Считай, поверил, что тебя некому приласкать. А я при чем?
Роза стала злиться, что разговор пошел не по запланированному сценарию и решила «сыграть в правду»:
- Ласкать-то есть кому. И замуж есть кому взять. Но с условием: только после того, как ОН будет уверен в моей беременности. А я не хочу ребенка ОТ НЕГО. Да и замуж за него не очень хочу, но деньги, Москва, коттедж в Барвихе, личный автопарк, поездки за одеждой в Париж и Милан…
- ???
- Он старый, толстый, маленький и ни одна из трех прежних кандидаток на статус и кошелек так и не смогла забеременеть… А мне нужна гарантия!
- А что у него с фамилией?
- Да нормальная у него фамилия, главное, что не Федченко!
- Роза, а тебе не претит сидеть здесь, в ОБЩЕЖИТИИ, обсуждать с НИЩИМ студентом свой очередной обман? Как там Лиза говорила? От перемены фамилии ты не стала лучше пахнуть…
- А ты думаешь, другие лучше пахнут? Если хочешь знать, то в некоторых случаях все мы бабы – розы!
***
Хотелось написать: «Конец ознакомительного фрагмента»… На самом деле это конец той истории, которую когда-то рассказал мой родственник. Дальше могут быть только предположения, хотя разве возможно предугадать новые «хотелки» таких розочек?
Кстати, полюбуйтесь источником всех бед нашей Розочки:
Белая – это та самая роза Федченко, а розовая – ее внучка или правнучка, а может, прапраправнучка, но пахнет тоже плохо…