2 июня 1247 года Ростислав Михайлович Галицкий получает землю на юге королевства - он становится баном Славонии, а также для него специально создается новая вассальная «единица» - сеньорство (герцогство) Мачва, на исторической территории Сербии, на ту пору подвластной Венгерскому государству. Мачву также принято называть банатом, но этот термин, строго говоря (по сербским справочникам) применяется к Мачве уже после 1272 года.
Считается, что, наделяя зятя владениями, Бела IV некоторым образом компенсировал ему отказ от претензий на Галицкое княжество, король на том этапе был заинтересован в союзе с князем Даниилом Романовичем (к слову, еще одна дочь короля - Констанция была в это же время выдана замуж за сына князя Даниила - Льва.)
И что не менее важно, Бела IV выдал Ростиславу северную часть Боснии - области Усора и Соли. Причем, это также можно назвать наследственным владением, в любом случае Рюриковичи наследовали их дважды.
К этому времени (середина XIII века) Босния, подвластная Венгерскому королевству была разделена на две части. В меньшей, северной части - областях Усора и Соли, банов назначал венгерский король. В основной же части, собственно Боснии, после бана Матфея Нинослава с грехом пополам (это даже каламбур) правил бан Приезда, родственник предыдущего бана с неустановленной степенью родства.
И если с политической системой в Боснии ещё можно разобраться, то куда сложнее выглядела религиозная ситуация. Здесь, на стыке двух христианских миров, православного и католического, на рубеже трех соперничающих государств - Византии, Сербии и Венгерского королевства, свили себе крепкие гнезда манихеи. Разумеется, полностью и открыто отрицать свою принадлежность к какому бы то ни было христианству, было невозможно, и болгарские, а позже и боснийские богумилы, мимикрировали под «добрых христиан».
*Примечание. Будучи последовательным, я продолжаю отстаивать непопулярную точку зрения, согласно которой катары и богумилы (как и все вариации их предшественников) являются антихристианскими и изначально агрессивными по отношению к христианству движениями.
Просто если приверженцы Боснийской церкви (богумилы) действительно были «добрыми христианами», то куда они все разом испарились после османского завоевания Боснии? Почему католики (венгры и хорваты), православные (сербы, болгары и греки) сражались за свою веру, причем, православные (в большинстве) еще и смогли сохранить её в условиях османского владычества, а «самые правильные христиане» вдруг «перековались» в мусульман? Что-то с этим определенно не ладно...
Назначение Ростивлава Галицкого баном части Боснии можно объяснить достаточно просто. Венгерскому королю был нужен свой человек, и заметим, Белу IV, как будто бы не смущало то, что Рюрикович был православным князем.
Хотя местные баны Боснии признавали своими сюзеренами королей Венгрии, и, соответственно, власть над регионом католической церкви, они были вынуждены учитывать интересы богумильской знати и Боснийской церкви. Предположу, что богумилы как хотели, так и «тасовали» банов исходя из текущей конъюнктуры, даже степень родства местных правителей, начиная со второго бана - Кулина (правил и жил примерно до 1204 года), точно не установлена.
Следующий бан - Стефан, возможно был сыном Кулина, но скорее всего, нет. Последний, по-видимому, оказался неудобен Боснийской церкви и был изгнан, его место (возможно в 1232 году) при помощи богумилов занял энергичный Матфей Нинослав, который некоторое время ловко смог усидеть сразу на двух стульях, лавируя между «своими» и католицизмом.В 1235 году по инициативе венгров был организован и Крестовый поход против богумильской Боснии, но не смотря на то, что он длился три с половиной года и даже отмечается как разрушительный, ни к каким видимым результатам это не привело. Для Белы IV стало ясно, что для надежности и отрыва Боснии от богумильства необходимо поручить её кому-то из своей знати.
Хороший вопрос - как именно князь Ростислав Михайлович, а позже его старший сын Михаил, управляли Северной Боснией (Усорой и Соли). Сведения об этом даже не микроскопические, их как будто и вовсе нет, но сейчас пытаюсь поработать с несколькими иностранными статьями, но, на первый взгляд, и там, увы, речь идет или о более ранних, или о более поздних событиях.
Несколько позже Ростислав Михайлович предпринял серьезную попытку укрепится в Болгарии. Его старшая дочь Анна (Елизавета) была выдана замуж за юного царя Болгарии Михаила I Асеня (1238-1256). Энергичный Ростислав тут же стал вмешиваться в дела этого государства.
Продолжение следует...