1888 год. В Ялте идет заседание Городской думы. Рассматриваются разные вопросы, в том числе вопрос сверхсметного финансирования разрушенной в прошлом году набережной. Заложили 86 тысяч, а нужно было добавить еще 6000 руб., чтобы облицевать стенку набережной камнем большей высоты с креплением портландским цементом, а не феодосийской известью. В привязке к этому вопросу некоторый пытаются приурочить и вписать свои интересы. Так, городской голова выступает с просьбой о разрешении постройки за границей набережной своей личной купальни - чисто для семьи, при том что на самой набережной уже согласовано строительство только двух общественных купален, расположенных по разным краям улицы. Управа отказывает, не только потому что согласован план застройки, но и потому, что Министерству путей сообщения, которое отвечало за эти работы, было дано обещание ничего не строить кроме согласованных объектов.
Между тем, возник еще вопрос: если есть купальни, то можно ли разрешить купаться вдоль главной улицы города - Набережной. Один из депутатов, кторого одна з столичных газет назвала "единственным истинно русским интеллигентом", сказал следующее, вспоминая свои впечатления от увиденного в Ницце и Биарицце: "Мокрые дамы в костюмах сидят на берегу и разговаривают с мокрыми мущинами в костюмах". Впечатления от наблюдаемой картины оказались настолько сильными, что депутат рекомендует заимствовать этот европейский обычай. Увы, Управа отвергает такое предложение. как, впрочем, отвергает и предложение о снижении цены на вход в городской сад.
