Более подходящий перевод названия фильма на русский – «Естественный отбор».
Этот фильм вас удивит и откроет новую степень свободы в сложном и травматическом процессе самопознания.
Эта постановка уникальна тем, что сценарист, адаптирующий повесть из Нью-Йоркера в сценарий для фильма “Columbia Pictures”, ссылается сам на себя в ткани повествования. То есть в действие включён наблюдатель этого действия. Сценарист Чарли Кауфман продемонстрировал удивительный трюк интерактивного восприятия, как если бы посетители выставки были бы частью инсталляции. Творец оценивает не только своё творение, но и себя, как Творца.
Примером самореференции могут служить произведения Достоевского, когда писатель одержим процессом психогенной рефлексии через моделирование кризиса в жизни главных действующих лиц романа.
Такое состояние логического парадокса, когда автор является и субъектом, и объектом художественного восприятия в древности символизировал Уроборос «Змей, пожирающий сам себя».
Название фильма «Адаптация» (как вариант – «эволюция» или «естественный отбор») говорит о циклической природе жизни, которой управляет РАЗВИТИЕ. Именно развитая множественность временных совершенных форм является репрезентацией вечности и бесконечности.
В итоге мы видим, как все участники этой остро современной драмы МЕНЯЮТСЯ. Причём то, что должно было погибнуть (закомплексованный неврастеник сценарист – Чарли Кауфман в исполнении Николаса Кейджа), демонстрирует потрясающий рост, а, казалось бы, реализованная вовне личность удачной журналистки из Нью-Йоркера Сьюзан Орлеан (роль неразгаданной Мерил Стрип) выпадает из цепочки божественного замысла – перерождения или гибели.
Может всё это и немножко запутано, но фильм по сценарию о самом процессе адаптации сценария под повесть собрал 39 наград и 43 номинации на кинофестивалях.
Честно, я не понимаю причину писательского застоя Чарли Кауфмана на таком изумительном материале, как жизнь орхидей. Сценарист придумал жанровый парадокс вместо того, чтобы погрузиться в родственную связь человека с животным и растительным миром, которая сенсационно проясняет проблему людей в понимании своей природной функции парной адаптации. Ведь в начале Кауфман и начал идти в этом направлении, описав 4-х миллиардную историю штата Калифорния. А потом, в сцене на выставке орхидей, Джон Ларош (герой повести «Вор орхидей») в исполнении Криса Купера фантастически описывает беспричинность парной любви в природе.
Понимание красоты, альтруизм, материнское самопожертвование, чувства клановой солидарности, ксенофобия, удовольствие и боль, - всё это к нам пришло от животных и растений.
Если бы Кауфман поместил леди из Нью-Йорка в сельву Флориды и позволил бы ей прикоснуться к таинству СОЕДИНЕНИЯ С ЖИЗНЬЮ через того же Лароша с его таинственной страстью к орхидее по имени «Призрак»!