Мне определённо нравится, что в этом году мне попадается к изучению что-то, имеющее отношение к театру. Хотя я посмотрела одноимённую киноадаптацию пьесы Теннесси Уильямса (A Streetcar Named Desire – Tennessee Williams), но внутренне я воспринимаю её именно как театральную постановку. Мне кажется в этом тексте заложена драма, которую лучше всего можно воспроизвести именно на сцене в непосредственной близости со зрителем.
Всё действие разворачивается в замкнутом пространстве, что даже ещё глубже – в сознании главной героини Бланш Дюбуа, потому что она переживает свою ужасную драму потери любви всей жизни. А это, в свою очередь, заставляет задуматься – она оплакивает потерю человека рядом или непосредственно самой себя. Так что это очень интересно обдумывать, как именно Теннесси Уильямс построил свою историю.
Режиссёр Элиа Казан (Elia Kazan) – дед прекрасной сценаристки, драматурга и актрисы Зои Казан (Zoe Kazan) – перенёс на экран этот текст наилучшим образом, особенно если учесть, что в Голливуде действовал Кодекс Хейса, и пришлось изрядно потрудиться, чтобы рассказать историю Уильямса без обидных смысловых потерь.
Когда я читала пьесу в первый раз, я не удосужилась поинтересоваться многими интересными деталями об этом произведении. Зато сейчас я рада, что оно снова попалось мне на глаза.
Сюжет
Бланш Дюбуа, всё ещё красивая, но уже увядающая женщина, оставила родной город Ореоль и переехала в Новый Орлеан к своей младшей сестре Стелле. Сестра живёт в маленькой квартирке со своим мужем Стенли Ковальски, тем, кто затевает драки, абьюзером и манипулятором.
Отношения Бланш и Стенли не заладились. Он стал выискивать причины, чтобы оскорблять Бланш, и действительно нашёл. Информация оказалась компрометирующей, он ею воспользовался, чтобы разлучить свояченицу со своим другом Митчем, который влюбился в неё с первого взгляда.
Бланш, всегда полагавшаяся на доброту незнакомцев, принимает каждый удар болезненно. И агрессия Стенли становится для неё невыносимой.
Мысли по фильму после просмотра
Во время просмотра, конечно, всё происходящее воспринимается как последовательность действий, как общение между разными людьми. Бланш прибывает в Новый Орлеан, ужасается условиям, в которых проживает её сестра (грязный район, маленькая квартира), знакомится с мужем младшей сестры, узнаёт, что пара ожидает ребёнка, находит мужчину, на которого возлагает надежду на своё спасение.
Но вот оглядываясь назад с момента последней сцены, становится понятнее, что это очень тесная история. Несмотря на то, что действующие лица входят в квартиру, выходят из неё, бывают в баре за углом и у соседки на верхнем этаже, на самом деле всё сконцентрировано в сознании Бланш, всё действие крутится только вокруг неё.
Такой эффект достигнут благодаря прекрасно выстроенным декорациям, выставленному свету и операторской работе. Крупные планы Бланш, её постоянные метания из угла в угол, попытки скрыться во тьме и в комнате за занавесом характеризуют её постепенное “схождение в бездну” и попытки схватить память об утраченной любви. Ей необходима эта “игра в прятки” от мира и самой себя, чтобы скрыться от чувства вины. Своё чувство вины она маскирует непристойным поведением, шокирующим даже искушённых работников третьесортного отеля, курением, опутывающим её лицо сизой дымкой, нарядами и украшениями, попыткой вызвать комплименты в свой адрес, которые она собирает как недозрелые фрукты в саду – они ей всё равно никакой пользы не приносят (едва ли она в них верит, это звучит как фоновая музыка). Психотерапевты называют состояние, которое съедает Бланш, непроработанной травмой от проступка. Скорее всего у неё ещё есть признаки нарциссизма, если основываться на ярко выраженной концентрации только на своей персоне, прямо-таки маниакальной, от которой даже у зрителя в глазах могут появиться звёздочки от напряжения.
Бланш пережила трагедию много лет назад – Ален, её мальчик, покончил с собой в 16 лет. Вину она взяла на себя. В переносном смысле – речи о судебном разбирательстве нет. Суд над собой она свершила сама. Словно после его гибели она стала искать его отражение в каждом, чтобы в каком-то приступе безумства представлять, что ей удалось его оживить в ком-то из своих любовников. Она сама несколько раз повторяла, что всегда полагалась на доброту незнакомцев (в этом высказывании читается и намёк на трудности в понимании самой себя). Ей было очень важно поймать тепло и отзывчивое отношение в свой адрес, чтобы подтвердить, что она всё ещё его заслуживает. Но аморальное поведение доказывало, что сама себя она простить не в силах. Она постоянно неуклюже пыталась выговориться окружающим, выпрашивала комплименты, снижала свой настоящей возраст, сказав, что Стелла – её старшая сестра, недоговаривала правду. Она сама для себя превратилась в позорный столб, вокруг которого крутилось всё действие.
Существует любопытное мнение – критики на Западе долгое время придерживались этой версии – что в Бланш Дюбуа зашифрован гомосексуальный человек. Она ведёт себя так, как свойственно геям. Она избегает прямого освещения (прямо говоря - прячется). С одной стороны, это объясняется логично – ей нужно скрывать свой возраст от Митча, чтобы он не потерял к ней интереса, не увидел реального состояния, именно поэтому они постоянно встречались поздно вечером, а если в квартире, то в её углу, погружённом во тьму. С другой стороны, это метафорический побег во тьму, или в шкаф, как обычно шифруют нетрадиционную ориентацию, чтобы не называть ситуацию своими словами. Но опять же постоянное затемнение могло всего лишь символизировать её нездоровое сознание.
Хотя игнорировать такое смелое мнение критиков опрометчиво. Особенно, если держать в уме, что авторы часто дарят главным героям или каждому из всех действующих лиц немного себя самого. Теннесси Уильямс пытался жить с женщинами, но попытки не удавались, от чего он переключился на гомосексуальные опыты. У него были отношения с молодым танцором, но тот бросил его ради женщины. А спустя некоторое время, в 1944 году, бывший любовник умер, что подкосило душевное состояние писателя-драматурга. Пьесу он написал в 1947 году, его Бланш – это безутешная вдова, скорбящая о потерянной свежести кожи, утрате мальчика и отсутствия достаточной доброты со стороны мира в её адрес.
Она склонна к драматизму и наигранности (чего стоят её этюды с нарядами из огромного чемодана и высказывания: “Странно, что меня называют человеком без средств, а ведь в моём сердце хранится столько сокровищ!”). Она похотлива (непристойная история с отелем “Фламинго” и грубый флирт со Стенли – а я считаю это флиртом). Она падка на красивых молодых мужчин, которые, возможно, напоминают ей о её покойном муже (Бланш не смогла отпустить распространителя подписки на газету “Вечерняя звезда”, он напомнил ей молодого принца из арабских ночей). То есть по этим элементам складывается портрет гомосексуального мужчины. Более того, Бланш постоянно прячется, как вынуждены были прятаться такие мужчины – изгои из-за своего сексуального влечения. Гомосексуалисты проклинались за свои грехи до смерти, то же касалось и распутниц, которых систематически избивали (Стенли с самого начала был крайне жесток к Бланш, а потом и Митч, который бросил ей в лицо обвинение: “Ты недостаточно чистая!”).
Гомосексуальность до 1973 года классифицировалась как психическое заболевание, геи слишком хорошо знали, что судьба Бланш – или судьба её мужа, которого она оплакивала весь фильм – легко может стать их собственной. Между смертью и признанием сумасшедшим было проще просто оставаться в укрытии.
Так что мнение вполне правдивое. Автор мог исповедаться через образ Бланш, выплеснуть свою боль от потери любовника.
Исторический период, когда шла работа над экранизацией
Важно отметить, что фильм относится к периоду, когда в Голливуде действовал "Кодекс Хейса" (Hays Code). В фильмах нельзя было многого, в том числе демонстрировать насилие, гомосексуализм, проявление агрессии, алкоголизм, порочные отношения, проявления любви, отрицательные герои не должны были вызывать симпатии. Словом, автор кодекса Уильям Хейс, политик и член республиканской партии, старался воспитать в зрителях исключительно положительных граждан, чтобы они верили, что в жизни нет ни секса, ни страха, ни несправедливости и вообще всё хорошо (я пишу это с сарказмом и непониманием). Потому режиссёрам и сценаристам приходилось изощряться, чтобы продвигать сюжеты на экран.
Сценарий для “Трамвая “Желание” переписывали 68 раз, прежде чем он устроил лигу благочестия. Потому в фильме остаётся только догадываться, почему погиб “мальчик” Бланш, и куда именно она отправилась в самом конце, потому что называть психиатрическую клинику своим словом тоже было нельзя.
Интересна ситуация с образом Марлона Брандо – Стенли Ковальски. Отрицательные герои, согласно требованиям кодекса, не должны были вызывать симпатии у зрителя. Ковальски же – это лучший злодей, лучшее воплощение образа притягательного обаяния зла в кинематографе! Дерзкий оторва, раскрепощённый красавец, знающий себе цену, жующий жвачку и затевающий драки – просто сенсация. И, по сути, обречён на запрет. Но обход нашли: Стенли порицал поведение Бланш, а также делал упор на существование “Кодекса Наполеона”, по которому собственность женщин передаётся в руки их мужей, но его жена, имея усадьбу, не сделала этого, что в некотором роде делало жертвой его, чем он и заработал себе право на существование во времена запретов. Так что наличие абьюзера, у которого есть некое право на жизнь среди женщин, косвенно подчёркивает странную ситуацию, в которой протекает сама история в рамках пьесы, но за её пределами в Голливуде.
Интересный факт
Теннесси Уильямс жил некоторое время в квартире на Тулуз-стрит во французском квартале Нового Орлеана, когда работал над пьесой “Трамвай “Желание” и слышал непрерывный лязг вагонов этого транспорта, следующего по трамвайной линии под названием Desire. За несколько лет, прошедших между написанием пьесы и выходом фильма, трамвайная линия Desire закрылась. Вместо неё в 1948 году появились автобусы.
В Новом Орлеане музей The Historic New Orleans Collection приобрёл дом на Тулуз-стрит, где Теннесси Уильямс создал свою легендарную пьесу. В стенах квартиры собрана экспозиция, которая проводит по этапам работы над произведением: она включает пишущую машинку и письменный стол, фотографии как из кинофильма, так и из бродвейской постановки "Трамвая "Желание", статуэтку "Оскар" за лучшую женскую роль 1952 года, присуждённую Вивьен Ли за её роль Бланш Дюбуа, также представлены рукописные заметки Элии Казана.
Трамвайная линия Desire проходила через Французский квартал Нового Орлеана. Она начиналась на Канал-стрит и шла вниз по Бурбон-стрит до Дезире-стрит в 9-м округе города. Оттуда трамваи возвращались по кольцу к Канал-стрит, двигаясь по параллельному пути на Ройял-стрит.
В открывающей сцене фильма показаны несколько причалов и железная дорога вдоль набережной Нового Орлеана. И исполнительница главной роли, актриса Вивьен Ли, садится в трамвай "Желание". Это настоящий новоорлеанский трамвай под номером 922, который до сих пор курсирует по исторической трамвайной линии Сент-Чарльз.
Для того, чтобы трамвай появился в кадре, съёмочной группе потребовалось раздобыть на это разрешение у городских властей. Оно того стоило. Первое, что говорит Бланш, появившись из плотного клуба пара и с лицом, скрытым тонкой вуалькой, словно опасаясь, что её рассмотрят ту, кто она есть, в сюжете: “Мне нужно сесть в трамвай "Желание", потом пересесть на тот, что называется “Кладбище”, проехать шесть кварталов и выйти на Елисейских полях”.
В коротком введении, за какие-то пару минут даётся символическое направление того, что будет происходить дальше. От "Желания" она переходит к "Кладбищу", а потом – к Елисейским полям (долине прибытия), греческой отсылке, символизирующей часть загробного мира. Бланш многое теряет: сначала любовника, потом сестру (опору, поддержку), которая предпочитает устроить свою жизнь, потом семейную усадьбу, своих родных, работу, репутацию, а в итоге – и разум. Практически перестаёт существовать.
Трамвай – это движущая сила. Под него попасть опасно. В фильме есть диалог между сёстрами, из которого ясно следует различие в их мышлении, какая именно сила преобладает в каждой из них.