У меня однажды родилась мысль, и я не хочу от неё отказываться. Она базируется на отрывке из «Войны и мира», как толпа в Москве, подлежащей сдаче Наполеону без боя, выместила свой гнев убийством предателя. Но толпе сперва пришлось себя раскачать искажёнными криками. Это потому, что люди были в глубине души добры. Я думаю, что и я, в общем, добрый. Но однажды я впал во зло. Мама довела. Причитала, и я не выдержал. Она не могла спать из-за лая дворняги на дворе. Шли часы, а она не унималась, мама тоже. Я взял дрожащими руками молоток, вышел во двор, приказал себе не дрожать, подозвал псину, и бахнул ей, подошедшей, по лбу. Убил. И думаю, имел при этом зверское лицо. Всё это я пишу ради мысли, что при всей своей жестокости футуристы в глубине души были добрые. Меня в том уверяет и доказательство Филатьева, что это охранка поработала с ещё пацаном несовершеннолетним, Маяковским, попавшим в тюрьму за большевистскую пропаганду. Охранка его переориентировала с революции на искусство. Он по до