Подходим к старому зданию гостиницы, построенному в стиле классицизма. Говорю:
- Сейчас на ресепшене пошутим, спросим в каком номере Ростовы останавливались и где раненый Андрей Болконский лежал :)
- А что, вот прямо здесь?!
- Да, вот прямо в этом самом здании, в этой самой гостинице. Правда, есть одна тонкость …
И ведь в самом деле, если вспомнить четвертый том «Войны и мира», то там:
«…В гостинице лавры Ростовым были отведены три большие комнаты, из которых одну занимал князь Андрей. Раненому было в этот день гораздо лучше. Наташа сидела с ним. В соседней комнате сидели граф и графиня, почтительно беседуя с настоятелем, посетившим своих давнишних знакомых и вкладчиков…»
Лев Николаевич то ли на самом деле не знал, то ли не стал заморачивать голову такими мелкими тонкостями вроде того, что гостиница Троице-Сергиевой лавры, в которой он поселил «в трех комнатах» семью Ростовых и раненого князя Андрея, на самом деле построена в 1822 году, через 10 лет после описанных им в романе событий. И, соответственно, остановиться в этой гостинице Ростовы, если бы они существовали в реальности, а не только на страницах романа, не смогли бы. Но сам Лев Николаевич в ней останавливался почти наверняка.
Кроме того, лаврская гостиница попала, как минимум, еще в одно литературное произведение, которое стало популярно уже в постсоветские годы. В повести Ивана Шмелева «Богомолье» отец мальчика Вани как раз в этой гостинице и отдыхал:
«Мы идем по широкой чугунной лестнице. Прохладно, пахнет монастырем — постными щами, хлебом, угольками …
Комната золотая, бархатная. На круглом столе перед диваном заглохший самовар, белорыбица на бумажке, земляника, зеленые огурчики. Пахнет жарой и земляникой и чем-то знакомым, милым. Вижу в углу, у двери, наше кавказское седло — это от него так пахнет, — серебряную нагайку на окошке, крахмальную рубашку, упавшую с кресла рукавами, с крупными золотыми запонками и голубыми на них буквами, узнаю запах флердоранжа. Отец спит в другой комнате, за ширмой, под простыней; видно черную от загара шею и пятку, которую щекочут мухи. Слышно его дыханье. Горкин сажает меня на бархатное кресло и велит сидеть тихо-тихо…»
Лестница в гостинице, видимо, все та же – чугунные перила присутствуют. Постными щами больше не пахнет, но церковный аромат все-таки имеется, куда же тут без него.
Но самое главное:
так как с тех пор много чего поменялось, то если вы останавливаетесь в Сергиевом посаде в «Старой гостинице лавры» (а почему бы в ней не остановиться – стоит она недорого, внутри скромно, но вполне прилично), запросто можно себе представить, что вы живете в том самом номере, где жила Наташа Ростова или разговаривал о важных вещах Лев Толстой. Или спал уставший после того как отмахал верхом меньше чем за день от Москвы до Сергиева Посада купец Сергей Иванович Шмелев.
----------
Не ленитесь, ставьте лайки :) Они поднимают настроение и вместе с вашей подпиской помогают развитию канала.