Шахта. Она была сердцем города, приносила доход, и позволяла городу жить и развиваться. Пускай места было мало, но народ тянулся к сытному местечку, стараясь урвать кусок лучшей жизни. Ведь шахтёры всегда нужны, как и семьи которые будут заботиться о них.
Отец был совладельцем шахты, деля её с городом и ещё одним мужчиной. Его часть была больше ровно на два процента, чем у остальных, поэтому его слово имело свой вес в делах связанных с шахтой. Именно он требовал, чтобы шахтёры вгрызались в нутро горы, добывали больше и больше, искали ещё что-то, что могло принести им прибыль. Отец реализовывал всё, что добывалось в недрах горы.
Не все одобряли его методы. Некоторые говорили, что не стоит заходить слишком далеко, ведь руды пока достаточно. Другие говорили, что отец слишком меркантилен и сам не знает, чего хочет. Но отец и сам иногда спускался в шахту, не боясь пыли, грязи и замкнутого пространства. С простыми шахтёрами отец не общался - считал это ниже своего достоинства. Люди не понимали этого отношения, но платил он всегда более, чем хорошо, особенно когда шахтеры пробивали новые туннели. За это он всегда выплачивал щедрые премии.
Клим неожиданно поддался порыву, и решил сходить к шахте. Он ведь там не был так давно...
Конечно, детям туда было строго настрого запрещено ходить. Но однажды ночью один мальчишка проник туда, проскользнув мимо охраны хитрой змейкой. очень ему было интересно побывать в самой настоящей шахте, и он даже стянул у отца фонарь, чтобы лично исследовать тёмные глубины неизведанного места. Разумеется, ничего хорошего тогда не произошло, эта затея была изначально обречен на провал.
Мальчишка тогда попал в больницу, а его отца чуть ли не уволили с шахты за то, что натворил его сын. Какое-то оборудование было испорчено, а после на шахте начались проблемы. Постоянные обвалы, испорченные провода, какие-то смутные тени и множество слухов, которыми обрастала шахта. Из-за постоянных проблем она начала приходить в упадок - выработка руды падала, люди элементарно боялись ходить на работу. не взирая на то, что им повысили зарплату.
Но всё это уже было после того, как Клим уехал, и до него доходили только различные слухи - он некоторое время поддерживал какую-никакую связь с парочкой старых знакомых.
Он не пошёл к шахте через город, а воспользовался старой тропой, что шла вокруг. Ему никого не хотелось видеть, хотя всё равно была мысль о том, что нужно попросить у Лизы прощения, за чью-то дурацкую шутку. Не сам же отец это устроил, верно? Он был человеком абсолютно лишённым чувства юмора, и на такое точно был не способен. Возможно кто-то из старожилов?
В конце концов, отца настолько сильно не любили к закату его жизни, что даже постарались его не похоронить, а кремировать, и урна была в городе. Если бы она была в доме... Клим бы постарался сюда не возвращаться. Пусть и прах но... Ведь отец до сих пор имел над ним сильное влияние, и его презрение к собственному ребёнку невидимой нитью было протянуто сквозь всю жизнь Клима.
Пока он шёл по узкой, заросшей тропе между стенами домов, и камнями, что защищали от падения в пропасть, Клим с тоской вспоминал жену и дочь. Нет, не так - он больше скучал по дочери, которая словно вычеркнула его из собственной жизни после развода. На сообщения она не отвечала, хотя и читала, а жена только отговаривалась тем, что девочка взрослая и сама решает, с кем ей общаться. Она её не настраивает против отца, но и ничего хорошего тоже не говорит о нём. Взрослые все люди, и способны сами разобраться между собой.
У Клима было ощущение, что он стучится в закрытую дверь, и он просто опустил руки, не в состоянии что либо с этим сделать. Пусть всё будет так как есть.
Погружённый в собственные тоскливые размышления, он сам не заметил, как дошёл до входа в шахту. Остановился только тогда, когда споткнулся о какую-то железяку, торчавшую из земли. Ойкнув, он поморщился, после чего поднял взгляд.
Он помнил это место.
Раньше вход походил на разверзнутую пасть неведомого зверя, которую подпёрли деревянными балками, чтобы ничего не обрушалось. Зверь не мог теперь закрыть пасть, и в глубине разработки иногда можно было услышать его недовольный рокот - когда осыпалась ничем не укреплённая порода. Клим огляделся. Проржавевшие старые механизмы торчали то тут, то там, и он не мог не подумать о том, что любители металла тут бы славно поживились. Если бы у них была охота ехать в такую даль. А ведь иногда казалось, что об этом месте забыли абсолютно все...
Но теперь вход в шахту был перекрыт железными воротами, на которых в изобилии висели таблички, запрещающие вход и предупреждающие об опасности. Барак, в котором располагались раздевалки для шахтёров и офис, был закрыт на замок, хотя окна были разбиты. И если бы было желание, то залезть туда не составило бы труда.
Клим неловко потоптался у входа в шахту, неуверенно прислушиваясь к ней, а потом, вздрогнув всем телом, резко развернулся и почти бегом отправился домой.
В памяти вспыхивали смутные образы, но он старательно гнал от себя их. Он не хотел вспоминать, он просто хотел спокойно жить в родительском доме и... и всё! Он вспомнил одну фразу, которую где-то давно услышал.
Что преступников всегда тянет на места их преступления.
Продолжение:
#рассказ #проза #мистика #сверхъестественное
