Знаменитый полуостров. Начало путины. Местный рыбозавод. Директор Новиков уже встал с утра пораньше, окунуться в холодные воды реки. После купания, открыл дверь в дом и заскочил на кухню.
Полстакана водки и пара «бутиков» с красной рыбой придали второе дыхание. Зашёл в спальню. «Я пришёл к тебе - с приветом!». Любовница работала начальником цеха и держала дам, которые там трудились, в ежовых рукавицах. «Хочу!».
Во время завтрака, он излагал план. «Зая! Начнём операцию «Помоги другу» - с бригады Ерофеича. Они без баб почти полгода будут сидеть. А мой бизнес: договорюсь по бартеру. Наташка – с ним: на сутки, а он нам «прорезь» рыбы. Как?».
«Ник! И, ты думаешь, что он тридцать тонн - за ночь с ней отдаст? За кайф - четверть лимона? Ты шутишь?». «Даст!».
В обед, всё стало реальностью. Ерофеич приплыл на катере. И с Новиковым они хорошо сидели на веранде - у причала. Скоро пришла Наташа и принесла им ещё угощения.
Гость смотрел на фигуристую блондинку как тигр из засады. А она была прелестна в мини-юбке и шифоновой блузке. И всё кричало «Возьми меня!». Она расставила и томно ушла в цех.
Гость тяжело вздохнул. «Николай Павлович! Второй раз её вижу и просто сводит с ума. А можно, с ней, встретиться?». «С кем, Ефим Ерофеич? Ах, с Наташей? Ну, скажи, зачем тебе мать-одиночка с двумя детьми и в возрасте 25 лет?
Понимаешь, мы люди семейные и начальство - нам статус надо держать. Точно хочется? Что взамен? Деньги? Сколько? Нет, дорогой мой! Тут такса другая – она будет всю ночь с тобой только за «прорезь» рыбы. Ну как?».
Тот выпучил глаза. «Ты сдурел, а что я бригаде скажу?». Новиков улыбнулся. «Ну, будешь с поварихой спать, а потом – с женой. Будем, как при Советах - блюсти мораль».
Спустя час Ерофеич «дал слабину». В 65 годков - тоже мужику хочется «струю пустить для фейерверка». Ударили по рукам.
«Если Наташенька согласится, то сначала «прорезь» на прикол на середине реки, а потом уж – добро пожаловать в райские кущи». Когда катер Ерофеича скрылся из вида, по рации Новиков набрал Зою.
«Сонечко мое! Пусть Натали ко мне придёт – первый живец уже везёт нам рыбку. Вот для нас путина на заводе началась».
Наташа пришла. «Молодец! Деда уже свела с ума. Слабо устроить «Вальпургиеву ночь», чтобы, и со своей бабулей, ещё вспоминал?». Та затянулась сигаретой и отпила коньячка. «С вами - хоть сейчас!».
Он улыбнулся. «Занят. Тут меня - Зоя Кондратьевна выгуливает, а дома – любимая жена. Ладно, давай к делу. За сеанс счастья коллеги - даю «тридцатку»». Та улыбнулась. «Шутите? Ну, если страдать, то деньги вперёд и пять бутылок водки. Уже хочу напиться и его не видеть! Можно?». «Нужно!».
Так путина началась. И, через день, «капитаны с реки», зная расценки, пригоняли «прорези» на станину перед рыбозаводом. Дамы в цеху едва успевали их разделывать, а для многих – ночью ещё «альковная смена».
Путина закончилась. И, когда, они плыли в столицу региона, к себе, домой, то каждый второй тост был за директора. Тот сидел рядом с Зоей - за столом в кают-компании.
«Рад, дорогие мои, что в этом году было уж столько много рыбы. И, главное, королевский улов – для наших дам. Думаю, что никто внакладе - не остался. Да?».
И в ответ – троекратное «Ура!». Зоя наклонилась. «А Наташка – теперь вдвое больше квартиру купит, и остальные либо однушку осилят, либо джип крутой возьмут. Эх, Ник – улов-то славный оказался!».
