Автор очень интересовался персонажем Обломова и хотел перенести его на большой экран, но хронометраж не позволял. Тогда Михалков принял отважное решение и вступил на зыбкую почву – он стал «переписывать классику». Итоговый вариант избавил сценарий от множества второстепенных персонажей и сосредоточил внимание зрителя на трагедии жизни самого Обломова. Впрочем, чтобы не обманывать ожидания, авторы фильма еще в названии указали столь фрагментарную выборочность. Но каким же получился сам фильм?
Без талисмана никуда!
Еще на моменте написания сценария Михалков задумался о том, кто может изобразить знамениты героев на экране. Юрий Богатырев появился в мысленном списке режиссера сразу. Работа с Юрием всегда приводила к нужному результату – у актера и режиссера было схожее видение героев. К тому же Михалков уже приравнивал Богатырева к своему личному талисману, и старался всегда находить для него роль в любой картине. Сам актер считал, что по характеру больше похож на Обломова, но получил предложения сыграть Штольца. Он подошёл к делу ответственно и глубже раскрыл палитру эмоций Штольца, наделив его «пылкостью сердца».
«Обломов» с опытом
Для Олега Табакова приглашение на роль Обломова не стала сюрпризом. Режиссер невзначай обсуждал с актером подобную перспективу во время съемок в «Неоконченной пьесе для механического пианино».
Табаков загорелся идеей, ведь он считал себя самым подходящим кандидатом. Заслуженный артист много раз играл на сцене в пьесах Гончарова, и с характером Обломова был знаком достаточно близко. Как и Богатырев, Табаков решил отступить от привычного всем статического образа Обломова. Если в постановках акцент делался на лень героя, то в фильме трагизм фигуры Обломова вызывает искреннее сочувствие.
Долгие съемки
Съемки проходили в основном на натуре, поэтому приходилось долго выжидать нужных погодных условий. Приходилось приостанавливать работу на целый месяц, ради красивых зимних кадров. Михалков в это время не сидел без дела и за неимоверно короткий срок снял драму «Пять вечеров».
В декабре съемочная группа уже была в Ленинграде и создавала квартиру Обломова. Даже здесь в первую очередь речь шла о достоверности происходящего – декорации подбирались самым тщательным образом. Художники воспроизводили все до мельчайших подробностей – даже путь и паутину, отличающую жилище героя, приходилось собирать вручную.
Искусство против бюрократии
Еще до выхода на свет на картину ополчились широкие массы: чиновники, критики, литературоведы. Каждый кадр изучался, находились придирки к любой минуте фильма. Даже музыка Рахманинова, звучащая в финале, вызвала у цензоров негодование. С такими перспективами картина не должна была выйти на широкий экран, о чем напрямую было сказано.
Цензоры запретили выпускать фильм с оговоркой на музыкальное происхождение. По задумке этих важных мужчин Михалков принявший правки должен будет переснять отдельные фрагменты картины. Однако режиссер наотрез отказался и поставил ультиматум – либо так, либо никак. Цензорам пришлось уступить в этом споре.
Настоящий триумф
Все скандалы и подковерные интриги привели к негативной молве, ведь сарафанное радио работало хорошо. Прокат картины начался очень странно – ее выпустили в маленьких, провинциальных кинотеатрах. Это удивило оставшуюся в неведении общественность. Как картина, экранирующая классику с прославленным режиссером у руля и знаменитыми актерами на первом плане могла так низко пасть? Зритель стал тянуться в кинотеатры, чтобы самостоятельно ответить на волнующие его вопросы.
Вопреки мнению всех злопыхателей люди тепло приняли экранизацию, а через пару месяцев на нее обратили внимание и критики.
Несмотря на множество положительных рецензий «Обломов» добрался до Москвы лишь в конце года. Здесь картина наконец получила должную славу – зрители и критики были в восторге, что запустило волну в прессе и фильм стал триумфатором.