Бедняга.
Алекс Албон – главный актив «Уильямса» в данный момент: он в одиночку набрал 11 очков и затащил самую слабую машину современной «Ф-1» на 7 место Кубка конструкторов. На Гран-при Великобритании он приехал 8-м в квалификации и обогнал обе «Феррари» в гонке, на Гран-при Канады возил кучу быстрых машин и приехал 7-м, и раньше выдавал фантастические броски на 50+ кругов на одних шинах. Прямо сейчас Алекс – №4 в списке лучших пилотов года от самой «Формулы-1»!
Неудивительно, что теперь к нему на переговоры приходили и «Ред Булл», и «Феррари». Но Алекс пока верен «Уильямсу»!
А теперь вы точно зауважаете Албона еще сильнее: оказывается, после каждой сессии он вылезает из машины со стертыми до крови плечами. Всему миру это на камеру показал Джордж Расселл из «Мерседеса» после квалификации в Британии – заметил и обратил внимание операторов:
Джордж: А чего это у тебя за шрамы?
Алекс: Так много прижимной силы… Оно буквально…
Джордж: Стачивает?
Алекс: Именно! А чего, там кровь идет?
Джордж: Идет, ага. Давайте покажем, чтобы все видели: воин! Воин!
Алекс: Да это прижимная сила, что я могу сказать.
Затем на панели Sky Sports F1 уже на более широком интервью после квалификации репортеры спросили у него, как часто это происходит:
Саймон Лэйзенби: Мне сказали, ты немного травмирован – у тебя там кровавые следы на плечах. Все нормально вообще?
Алекс: Да это все прижимная сила! Мне вот так даже не видно – там все плохо?
Саймон: Довольно-таки.
Наоми Шифф: Не очень здорово.
Алекс: Все в порядке. Просто прижимная сила иногда ставит в тупик.
Дженсон Баттон: Нет, серьезно: покажи нам спину.
Алекс: Это отвратительно. Если я покажу спину – у меня там везде синяки, ссадины, отметины. А у тебя никогда такого не было? Это потому что я высокий, и для правильной позиции в машине я прямо плотно прижимаюсь костями и плечами к карбону. Звучит как веселая игра, но в поворотах вроде «Копса» или «Мэгготс»-«Беккетс» я чувствую – это отвратительно – я буквально чувствую, как у меня сдирается кожа.
Саймон: Оооу…
Наоми: Класс.
Саймон: А что насчет завтра [перед гонкой], тебя будет это беспокоить?
Алекс: Да это каждый раз случается, на каждой гонке. Я привык. Раны затягиваются, вскрываются, затем снова затягиваются. К следующему уик-энду я подзаживаю, а потом все повторяется…
И правда: Алекс крайне редко фотографируется сзади, но после гонки в Великобритании на его белом белье вновь виднелась кровь.
Совсем редко только в его соцсетях мелькают кадры вроде таких, где все-таки можно заметить один из шрамов – еще ближе к груди, явно от ремней:
Результат вот таких перегрузок до 5g в самых нагруженных поворотах – на видео Леклер, но Албон выше и тяжелее, и потому ему даже труднее:
Но вообще у «Уильямса» постоянно возникают проблемы с сиденьем и ремнями у высоких пилотов – следствие технических ограничений в производстве кокпита. Например, русскому гонщику Сергею Сироткину проблему решали три месяца!
«У меня были проблемы с комфортом в посадке, – рассказал пилот после финиша гонки в Барселоне в интервью Motorsport. – У нас имелась эта проблема с начала года. Мы внесли пару изменений, но я не уверен, что они были правильными. И это было слишком. Мне было просто тяжело оставаться в машине. В итоге все свелось к тому, чтобы просто выжить в гонке. Причем «выжить» еще мягкое слово.
Кое-что вызывает болевые ощущения. Но их испытываешь не во время вождения, а уже после. Но в то же время, когда пилотируешь, трудно безопасно оставаться в желаемой позиции. Это было просто опасно, и о том, чтобы гоняться, речи вообще не шло».
«Уильямс» удивил медлительностью даже польского тест-пилота Роберта Кубицу.
«Думаю, проблему должны были решить еще зимой, вместо того, чтобы играть в политику и притворяться, что все хорошо, – процитировали местного кумира в Sport.pl. – С ноября 2017-го известно, что пилотам не очень комфортно в новом болиде. Там есть что улучшать».
С тех пор прошло 5 лет. Албон в «Уильямсе» второй год – и уже привык, или его проблема из-за роста в 186 см действительно нерешаемая. Приходится страдать.
Гонщики выглядывают из подмышек у баскетболистов: разница в росте – 60 см! Почему они такие маленькие? Гонщик «Ф-1» «запустил» в космос новый шлем – мяч для гольфа. Отсылка к работе девушки и своей страсти к игре Что всегда в рюкзаке у гонщика «Ф-1»? Кофеиновая жвачка, крем от солнца, специальные гоночные трусы
Фото: instagram.com/alex_albon