Привет, моя гнилая избушка! Заросла ты совсем сорняком. Непорочным вся ты обвита — Молодым зелёным хмелём Совсем про тебя позабыли, Оставив тебя на дрова Хозяева прежних, что были Исчезли не оставив следа... Яблони три, и терновника море. На забор гнилой и сгибающий — Согнута ветка яблони с роем, С пчёлами улий свивающий. Ручей высохший, кругом один ил. Слабо виднеется узкий поток. Бурьяны кругом и природная пыль, Очень печальный до боли видок. Отдыхает земля опустевшая Протоптанная раньше следами, И цветом своим потускневшая Не тронутая большими годами. Здесь я провёл своё юное время Место одно - где могу погрустить Это в памяти саженец семя, Которое невозможно забыть.
Привет, моя гнилая избушка!
Заросла ты совсем сорняком.
Непорочным вся ты обвита
— Молодым зелёным хмелём
Совсем про тебя позабыли,
Оставив тебя на дрова
Хозяева прежних, что были
Исчезли не оставив следа...
Яблони три, и терновника море.
На забор гнилой и сгибающий
— Согнута ветка яблони с роем,
С пчёлами улий свивающий.
Ручей высохший, кругом один ил.
Слабо виднеется узкий поток.
Бурьяны кругом и природная пыль,
Очень печальный до боли видок.
Отдыхает земля опустевшая
Протоптанная раньше следами,
И цветом своим потускневшая
Не тронутая большими годами.
Здесь я провёл своё юное время
Место одно - где могу погрустить
Это в памяти саженец семя,
Которое невозможно забыть.