Кассир узнала в пассажирке, протянувшей паспорт на покупку билета, свою умершую мать.
Железнодорожный вокзал гудел. Главный холл здания был полон до отказа. Самый сезон отпусков, кассы не видны из-за нависших над окошком людей. Два дня назад что-то случилось на сайте, кажется, сбой программы, и основная нагрузка легла на плечи кассиров.
До конца смены Алле оставалось каких-то пятнадцать минут, и она уже посматривала на будильник, стоящий рядом.
— Вот, девушка, вот распечатка, я билеты ещё три недели назад покупал, — мужчина пытался протянуть лист А4 как можно ближе к кассиру.
— Здравствуйте, раз три недели назад покупали, значит всё в порядке, подходите к вагону.
— Нет, вы проверьте на всякий случай, я тут полчаса отстоял, проверьте, — тряс мужчина бумажкой.
Алла ввела данные и, улыбнувшись, подала лист обратно пассажиру.
— Всё в порядке. Следующий, — Алла взяла протянутый трясущейся рукой паспорт и, глядя в монитор, продолжила, — слушаю.
— Мне, доченька, до Сосновки, ага, один билет.
Алла стала смотреть свободные места и, когда страница наличия мест загрузилась и появилась на мониторе компьютера, кассир подняла голову, чтобы узнать у пассажирки устроит ли её плацкарт.
Алла только открыла рот, чтобы задать вопрос, но застыла в изумлении. Перед ней стояла её мать. Мать, которую похоронили пять лет назад. Алла даже потеряла дар речи. Несколько раз дрогнули её ресницы.
— Мне до Сосновки, доченька...
Алла побледнела и вскочила со своего места. Она протянула руки к окну и схватила женщину за трясущиеся руки.
Те же седые волосы из-под платка, серые потухшие глаза, исчерченное морщинами лицо, чуть более тёмная кожа, и родимое пятно неожиданно спустилось со скулы на шею.
—Ма-ма, — выдавила из себя Алла. — Мамочка! Мамочка моя! — закричала она, пытаясь дотянуться до рук женщины щекой.
— Бог с тобой, доченька, у меня два сына, не мать я тебе.
— Вот уработалась, кассирша, матери мерещатся, — высказалась женщина, стоящая чуть дальше от окошечка.
— Ага. Людей столько и не то покажется, — вторил мужчина из очереди.
— Да точно, перерабатывают, народищу-у-у, очередь километр, — поддержала какая-то старушка.
— Ты паспорт мой посмотри, доченька, посмотри, милая, мне билет до Сосновки..., — пожилая женщина попыталась отдёрнуть руку, но Алла не отпускала.
— Голос не похож, но так бывает, когда долго не слышишь близкого человека, стирается в памяти звук, — подумала Алла.
Очередь заволновалась, пошёл гул. Сменщица выглянула в зал и, увидев происходящее, подошла ближе:
— Алла, что там у вас?
Кассир, почти заикаясь, указала на женщину в окошке.
— Ма-ма.
Юля посмотрела, куда указала Алла, и прикрыла ладошкой рот.
— Лидия Степановна! — мать сменщицы она знала очень хорошо.
— У них там массовое помутнение, эта тоже старушку признала, — послышалось в очереди.
— Может память у женщины отшибло?
— Я Маргарита Степановна Левенец. У внуков в гостях была, еду домой. Доченька, в Сосновку мне, — сообщила пожилая женщина, так похожая внешне на мать Аллы.
Юля взяла документ, не веря в происходящее.
— Да-да, гражданочка, сейчас, — сменщица сверила данные в паспорте с теми, что назвала пассажирка и показала Алле страницу с фотографией.
— Да, Юль, дата рождения и место то же.
— Сестра это выходит?
Пока Юля выписывала билет, Алла выскочила в зал. Отпустить просто так эту женщину было нельзя. Нужно было разобраться. Они сидели на лавочке и разговаривали. Алла не была похожа на мать, вся в отца, поэтому Маргарите Степановне трудно было узнать в сидевшей рядом женщине родственницу. Говорили недолго. Старушка всё боялась опоздать на поезд. Но кое-что выяснить Алле всё-таки удалось.
Сразу после смены Алла сразу поехала к отцу.
— Кто тебе сказал? — отец приподнял бровь.
— В кассе сегодня увидела женщину, так сильно похожую на маму, что чуть не лишилась рассудка. Потом выяснила, что дата и место рождения у них совпадают.
— Ясно, — сухо ответил отец. — Лида много мне не рассказывала, но знаю, что плохо родители матери жили, отец её был человеком властным, строгим, частенько бил свою жену. Девочки родились слабенькими. Вот он и приказал жене отправиться в деревеньку, под предлогом выхаживать новорождённых, а сам себе молодуху принялся искать. Так получилось, что только твою мать бабушка успела с собой вынести и сбежать. О второй дочери потом не знала ничего, отец увёз. Ну, а потом жизнь завертелась. Так что так... Мать твоя по молодости в газеты писала разные, чтобы помогли найти родственницу, а вот видишь, как судьба распорядилась — нашла ты.
— Я, пап, адрес у неё взяла, в отпуск съезжу к ней обязательно. Два сына у неё недалеко здесь живут.
— Вот видишь как. У нас две дочки, а у неё два сына. Близнецы? Не спрашивала?
— Нет, не до этого было. Но обязательно узнаю.
Маргарита Степановна прожила потом не очень долго. Но Алла поддерживала с ней связь, бывала в гостях, познакомилась с сыновьями и их семьями. И очень была рада, что мать с сестрой были близнецами, ведь иначе Алла не узнала бы в пассажирке родственницу.