Вчера, возвращаясь с сыном с прогулки, зашли в хлебный магазин и купили буханку свежего, еще теплого хлеба. - Папа, можно? - маленькие пальчики шелестят целлофаном, а на меня умоляюще смотрят глаза кота из Шрека. - Можно, сын, - с улыбкой отвечаю я. - Ура!!! Дальше какое-то время идем в тишине, потому что не до разговоров. - Папа, а ты так делал, когда был маленьким? - жуя, спрашивает он. - Конечно! Мне кажется, все так делали. - Все-все-все? – большие глаза смотрят на меня с недоверием. - Все-все-все. - И мама? - И мама. - И бабушка? - И бабушка. - Это потому, что мы родственники? - Нет, это потому что вкусно. - Хочешь? – протягивает буханку мне. - Хочу! Беру буханку из его рук, откусываю хрустящую корочку и на мгновение превращаюсь из взрослого мужика в семилетнего пацана, идущего с бабушкой по двору и уплетающего, на зависть всем местным голубям, тогда еще круглую, только что купленную буханку. Рядом идет дед и удовлетворенно покрякивает, попивая пивко квасок из желтого, с цветочком