Султанов после звонка Коломийцева, больше так и не уснул. До утра он созванивался со своими сотрудниками, будоражил экспертов, наводил справки по телефону, относительно воров-домушников, но убийство в доме на Морской улице, явно не подходило под категорию простого нападения с целью грабежа. Утром на совещании в УВД он первым делом подчеркнул это:
- Получается, что достаточно времени прошло с момента проникновения в квартиру Реброва постороннего или посторонних. В одиннадцать с небольшим соседка услышала странный, характерный звук за стеной и почти через час дверной хлопок. Никто ни криков, ни шума борьбы не слышал. Взлома замка, тоже эксперты не обнаружили. Ребров кого-то в квартиру пустил сам, видимо, этого человека знал. Да-а!..Ну и неделька! Что там со следами на обуви? - спросил Султанов и взглянул на Александра.
- Это кровь, эксперты подтвердили. И группа совпадает с группой крови Николая Реброва, - ответил он.
- Игорь, ты сам-то, ничего странного за своим соседом не замечал? - спросил Султанов, обращаясь к сидевшему за столом Коломийцеву.
- Ничего, - коротко ответил тот с места. - Дядя Коля добрый был, уважительный, со всеми здоровался и любил ребят конфетами угощать.
- Значит, бумажный кулёк из-под конфет, в которую преступник завернул свою испачканную обувь, возможно был взят из квартиры Реброва, - сделал вывод Терещенко.
- Да-да! - Султанов одел очки и стал читать результаты медицинской экспертизы. - Тут сказано, что Реброва забили молотком, но удары не профессиональные, хаотичные и наносились под наклоном но с большой силой. И тем не менее, мужчина был ещё жив после того, как убийца от него вышел. Ещё размер обуви не соответствует сильному гиганту. Это или низкорослый тип, или подросток.
Евгений Петрович отложил чтение и поднялся из-за стола.
- Ну что, сыщики? Ещё одно дело свалилось на голову. Сыпятся, как из рога изобилия. Мало нам на этой неделе всего, а? - он нервно прошёлся по кабинету от окна к двери. - Егоров к военным уехал, там надо всё до конца закончить, Наташа работает на опросе родственников погибших ребят из общежития. Вернётся оттуда, тоже её подключайте, - распорядился полковник и вышел из кабинета, чтобы спуститься к экспертам, ему хотелось самому осмотреть все собранные улики с места происшествия.
- А, как же мы с Наташкой? - спросил Игорь, поднимаясь из-за стола, у Терещенко.
Тот посмотрел на него вопросительно.
- Ну, мы хотели сегодня в кафе поехать по известным адресам, где танцплощадка есть. Должны там приглядеться к молодёжи, - пояснил он.
- Какое кафе, какие танцы? Ты спятил, Игорь? - цыкнул на него Терещенко. - У нас убийство! Все второстепенные дела - по боку. Его соседа молотком забили, а он - кафе!
- Да, я просто насчёт сегодняшних планов высказался, вчера на собрании решили, что...
- Все планы ваши рухнули, - подлил масла в огонь Истомин и вышел за Александром в коридор.
- Игорь со Славой, на повторный опрос уже по дому, - распорядился майор, стоя у лестницы. - Кто что видел, кто хорошо знал Реброва, что о нём известно - интересует всё, вплоть до мелких деталей. А я - в паспортный стол, нужно найти сестру Реброва, может быть через неё, что-то прояснится.
И Терещенко быстро побежал по лестнице вниз.
Наташа вернулась с опроса к полудню и сразу пошла с новыми данными к Султанову.
- Этот Гена Суровегин, по мнению друзей и родственников, самый обыкновенный парень, - говорила она Евгению Петровичу. - Любил современную музыку и рыбалку. Ничем особым не выделялся, только последнее время отмечали его пристрастие к этому кафе "Калинка". Появился круг новых знакомых, они там собирались по вечерам после учёбы, а так ничего существенного в его облике, за что можно ухватиться - нет.
- Ну, да! У Фролова тоже не было ничего существенного - спортсмен, футболист, а наркоман, - напомнил ей Султанов и взял у неё сегодняшние протоколы. - А Прудников?
- Здесь сложнее. Парень недавно живёт в Приморске, в ПТУ №12 учился первый год. Сам приехал из Осокино, там все родственники, я их вызвала сюда.
- Так, ну с этим понятно - что ничего не понятно. Нужен круг лиц с которыми гулял этот Суровегин, - произнёс полковник.
- Мы собирались сегодня с Игорем вечером в это кафе.
- Какое кафе, Наташа? На вашем отделе убийство. Поезжай сейчас на Морскую-15, подключайся.
- Зачем я к Коломийцеву поеду? - Егорова удивлённо взглянула на полковника.
- В его доме убийство. Мало того, в его же подъезде, - пояснил Евгений Петрович.
- Да? Я не знала. С утра говорили что-то, но мне не до того было. Я должна была пораньше, ещё до учебных часов, застать всех, кого нужно из тех, с кем учились погибшие ребята... Ладно, сейчас выезжаю, - и Наташа торопливо стала перебирать в своей сумке ручки и карандаши. - Бланки для опроса брать?
- Конечно. Терещенко туда подъедет к вам, будет с Игорем по этому делу сегодня работать, - Султанов протянул Наташе папку с подшитыми документами.
- Посмотри протоколы с места происшествия. Забери к себе в кабинет, пока собираться будешь.
- Хорошо, - Наташа взяла папку и ушла к себе.
Во дворе дома на Морской, 15 в деревянной беседке, обвитой диким виноградом, Игорь вводил Егорову в курс дела, во всех подробностях ей описывал ночной случай в собственном подъезде, чему явился невольным свидетелем.
- А вот тут, - он указал рукой вниз, - у ствола лозы и был найден тот чехол, он в лаборатории сейчас.
- Ты думаешь, что чехол имеет отношение к убийству? - спросила она, рассматривая место находки.
- Думать будет Терещенко, а я могу лишь констатировать, что если собака сюда инструктора из квартиры привела, где было убийство, значит имеет отношение, - Игорь был серьёзен и зол на то, что так и не пришлось сегодня выспаться. - Вот, я как чувствовал, что спать сегодня не придётся. Помнишь, тебе вчера ещё сказал?
- Да, но ты это в связи со встречей дяди говорил... Слушай, а сосед этот твой, давно стал инвалидом? Может есть смысл опросить его бывших сослуживцев? - спросила Наташа.
- Сколько себя мальчишкой помню, он всё с палочкой ходил и прихрамывал, - ответил Игорь и глубоко вздохнул. - Хороший был дядя Коля, и у кого рука поднялась?
Вскоре подъехал из паспортного стола Терещенко. Он стремительно ворвался в беседку и нарушил их милый разговор.
- Игорь, ты часто бывал у своего соседа дома? - спросил он, доставая планшет из портфеля.
- Бывало. Особенно, когда был школьником. Дядя Коля любил, когда к нему ребята заходили, конфетами угощал, - ответил Игорь и улыбнулся.
- Ясно. И у него всегда такая обстановка была в квартире? Не обратил внимание в этот раз, может чего не хватает?
- На первый взгляд, всё на месте. Да и брать там нечего. У него даже телевизора нет, радио слушал.
- Музыкальные инструменты дома были? Гитара, например, - Александр в ожидании смотрел на Коломийцева.
- Нет, не припомню... Это насчёт того, что соседка рассказала?
Терещенко в ответ кивнул.
- Может быть она перепутала этот звук с каким другим? Мало ли? Батареи гудят, трубы в ванной...
- Нет, Игорь. Такой звук очень характерен. Звук оборвавшейся струны ни с чем не спутаешь, - майор взглянул на Наташу. - Вот протоколы опроса соседей, изучай пока.
Он протянул девушке листы из планшета.
- Нашли сестру? - спросил Игорь у майора.
- Да, живёт в Приморско-Ахтарске. Уже послали туда запрос и срочную телеграмму по её адресу. Вызвали сюда, - ответил Терещенко. - Вот что, орлы загорянские, давайте сейчас ноги в руки и... Ты, Наташка, дождись старичков, они сюда во двор приходят в домино играть, местные завсегдатаи. Опросишь, поговоришь. Сегодня ночью, сама понимаешь, люди с просонок и в растерянности были, может какие детали и упустили. Выясняй о посторонних, а потом со мной ещё раз на поквартирный обход. Ты, Игорь, пойдёшь в библиотеку, там Ребров был записан и многие рассказывают, что бывал там раз в месяц, в своей районной, сидел в читальном зале. Просмотри его формуляр - что читал, чем интересовался. Дальше сходишь вот по этим адресам, - Терещенко сунул в руки Игоря блокнот. - Тут список его бывших сотрудников с завода. Всех обойдёшь... Ну, а я, пошёл в дом напротив, в тот, что через двор. Может быть вчера вечером там наблюдали каких-нибудь подозрительных личностей? Всё поняли?
- Так точно! - хором выкрикнули Наташа с Игорем.
- Выполнять! - козырнул им майор и со своей задорной улыбкой вскочил с места.
Часа через два они встретились в беседке снова, опаздывал только Коломийцев.
- Александр Константинович! - крикнула Наташа, радостно подбегая к майору через двор.
- Судя по твоему лицу, есть новости, - кивнул он.
- Угадали!
- Наташка, ну что ты всё "выкаешь", не в кабинете же, - и он огляделся по сторонам.
- А я вас очень уважаю, и не могу иначе к вам обращаться, - она смущённо улыбнулась в ответ на его замечание.
- Значит, меня есть за что уважать? - он иронично покачал головой.
- Хотя бы за то, что вы мой начальник и опытный следователь, - она уже серьёзно взглянула на него.
- Ладно!.. Давай, выкладывай, чего у тебя там? - он присел на скамейку в беседке у маленького столика, вкопанного по середине в песок.
- В соседнем дворе мужички рассказали, что с утра кто-то влез в окно на первом этаже с той стороны Игорева дома. Милицию уже хотели вызывать, но подумали потом, что это кто-то свой ключи от квартиры забыл. Они слышали это от жителей пятиэтажки, что за остановкой через дорогу стоит. С той стороны, видимо, из двора напротив наблюдали, - Наташа стояла и ждала распоряжений майора, ей хотелось поскорее пойти в дом за дорогой, чтобы там начать опрос и разыскать свидетелей.
- Интересно. И во сколько это было, ночью? - майор заинтересованно смотрел на Егорову.
- В том то и дело, что сегодня утром!
- Вот как? Значит, мы уехали, а этот кто-то полез в окно, в этом же доме? Странное совпадение. А ну-ка, пойдём туда, откуда видели!..
Они вышли на Морскую улицу и пересекли дорогу к противоположной автобусной остановке, за ней сразу в густых зарослях клёнов и тополей стояла жёлтая блочная пятиэтажка. Терещенко и Наташа вошли во двор этого дома. На лавочках и на детской площадке у карусели было много женщин с детьми. Когда представились и начали опрос им сразу указали на даму лет шестидесяти, которая развешивала во дворе постельное бельё.
- Да, - начала она свой рассказ, - аккурат я в магазин собралась, часов девять было. Вышла за дом, гляжу из кустов за дорогой паренёк какой-то нырнул прямо под окна квартиры, а потом надавил на створку, и она открылась, он подтянулся и влез туда...
- Какое окно, покажите! - Терещенко, Наташа и женщина Ирина Степановна отправились за дом к дороге.
- Вот в то, - и она показала на окно 43-й квартиры, где проживали соседи Реброва Матрёна Фёдоровна и Иван Тимофеевич.
- Потом что было? - спросил майор.
- Ничего. Он так и не вылез оттуда, а я постояла минут пять и пошла за хлебом, - женщина поправила на себе фартук и платок.
- Интересно, - отозвалась Егорова. - И как он выглядел?
- Парнишка, щупловатый такой, не высокий. Я ещё подумала, что ключи дома забыл.
Терещенко с Наташей вернулись на Морскую,15 и быстро вошли в крайний подъезд. В 43-й квартире дома был только хозяин. Матрёна Фёдоровна задержалась в магазине.
- Иван Тимофеевич, кто это мог быть? - после обстоятельного рассказа о происшествии, спросил майор.
- Не знаю. Прямо в ступор вы меня вогнали, - Иван Тимофеевич вытер со лба испарину.
- Смотрите теперь внимательно, ничего у вас не пропало? Или быть может, что-то новое появилось, чего раньше не было? - спрашивал майор.
Ильин огляделся, прошёл по комнате и кухне, внимательно осмотрел коридорные шкафы с верхней одеждой.
- Нет, всё на месте, - ответил он.
- Где вы были в 9 утра? - спросил Терещенко.
- Я уже с восьми часов на улице сижу у подъезда. Не люблю духоты, а дома солнечная сторона. С утра, как зарядит... А Матрёна около девяти ушла в молочную палатку, потом за хлебом всегда ходит в это время через два квартала. Вернулась, и опять вот ушла. Сидит где-нибудь со своими кумушками во дворе, - говорил Ильин.
- Странно всё это, не находишь? - спросил Александр, когда они с Наташей вышли во двор и направились к беседке, где их уже ждал Коломийцев.
- Думаю и сопоставляю, - произнесла она, прижимая к груди свой планшет. - Тут видели подростка, но и обувь в мусорке нашли небольшого размера. Не его ли?
- Хочешь сказать, что преступник дождался отъезда опергруппы и опять проник в дом, уже в другую квартиру, зачем? Почему не вышел обратно в окно? - Терещенко остановился, не дойдя до беседки.
- Может быть он пробыл дольше в квартире и женщина уже не видела, как он вылез, - произнесла Егорова.
- А если проще? - Терещенко повернулся в сторону подъезда. - Он вышел через дверь, захлопнув её на предохранитель.
- Но тут у подъезда люди сидят на лавках, тот же Ильин, хозяин квартиры... Тогда, это был кто-то свой, на кого не обратили внимания, - и Наташа снова вернулась к подъезду, увидев Ильина, который вышел вслед за ними и уже сидел на своей излюбленной лавочке в тенёчке.
- Скажите, Иван Тимофеевич, вы когда сидели тут утром, кто мимо вас из подъезда проходил? - спросила она.
- Мимо меня, никто. Но я сразу почти ушёл за столик к нашим старичкам в домино играть. А оттуда не видно подъезда, - ответил Ильин.
- Мимо вашего стола никто не пробегал через двор?
- Не обратил внимания.
- Ясно, спасибо. А больше кроме вас, тут спросить некого, кто мог видеть? - Наташа посмотрела вдоль двора.
- Не знаю. Тут вечером на лавках сидят, а утром я сижу, да Матрёна моя, если делать нечего. Сегодня утром я один был. Нет, никто не мог видеть, - ответил он, немного подумав.
Придя в беседку, Терещенко взял у Игоря из рук список литературы с библиотечного формуляра:
- Что у тебя? - спросил он.
- Ничего особенного. Ребров раз в месяц ходил в библиотеку в шахматы играть, кружок у них такой есть. Книг читал мало, в основном - это путешественники и справочники по старой Москве и Ленинграду. Интересовался, кто до революции проживал там из знаменитых людей, - ответил Коломийцев.
Терещенко изучал список. Он молча опустился на скамью и долго всматривался в названия книг и справочников.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.