Он предложил взять ей коктейль.
«Что?» – переспросила она.
«Ну коктейль! – сказал он ей в самое ухо. – Лонг Айленд или этот… дайкири…»
«А, ну можно!» – прокричала она.
Очень громко играла на сцене модная группа, люди вокруг скакали и падали, они друг друга еле слышали. Даже непонятно, как познакомились в этом миниатюрном аду. Впрочем, в двадцать лет это удается легко.
Он принес ей коктейль, но его толкнул пьяный дурак, стакан опрокинулся.
«Ничего, – сказал он. – Я еще принесу».
Потом они танцевали, потом целовались, в двадцать лет это все случается быстро.
Он прокричал ей: «А давай ко мне после концерта?»
«Ой, нет, мне надо к себе» – сказала она неуверенно.
Потом они вышли из клуба.
«Вообще меня зовут Рома», – сказал он, усмехнувшись.
«Меня Катя».
Была майская ночь конца месяца, верней, то состояние вечера, которое незаметно переходит в рассвет.
Нет, Катя никуда не спешила. Катя была пьяна и ей нравился Рома. Возвращаться к себе в общагу, к занудной соседке не хотелось совсем.
Роме с утра надо было в институт, но сейчас это не имело значения. Потому что ему очень нравилась Катя.
«Кать, а поехали все-таки ко мне?»
Рома долго не мог поймать машину, наконец, усатый мрачный толстяк на старых жигулях согласился отвезти их из центра Москвы в Люблино за огромные деньги. К счастью, у Ромы были они, накануне заработал – он торговал всякими телевизорами и компьютерами, чтобы жить не на стипендию. Нормальный заработок для парня в конце 90-х.
Когда Рома открывал ключом дверь, вдруг обернулся: «Только потише».
«Почему?» – удивленно спросила Катя.
«Все спят».
«Кто все?»
В прихожую вышла Ромина мама: «Что-то ты поздновато…»
Катя захотела тут же сбежать, но Рома взял ее за руку: «Мам, это Катя, ей далеко ехать, она тут останется, хорошо?»
Мама усмехнулась: «Ну вы уже взрослые, сами решите. Привет, Кать, меня зовут Ирина Евгеньевна».
Дальше в прихожей возникла и бабушка: «Ну что тут за шум, Ромка? О, к нам гостья! Меня зовут Кристина Леонидовна, да, такое вот имя».
Катя была растеряна и смущена. Не так представляла она себе ночь с этим Ромой. Надо было уехать, но как? Ее общага была в Одинцово, туда сейчас не повез бы самый лихой джигит ни за какие деньги. И она страшно устала.
«Я дам тебе полотенце, – сказала мама. – Пойдем».
В своей комнатке Рома поставил старую раскладушку. Сказал, что будет на ней, а Катя на диване.
«Офигеть романтика, – подумала Катя. – Ну и козел этот Рома. Блин, с утра пораньше свалю. И забыть как дурной сон».
Но проснулась она только в десять утра. Ромы в комнате не было. Раскладушка была убрана.
Катя вспомнила маму, вспомнила бабушку, ей стало плохо и стыдно. Она даже укрылась с головой одеялом. И размышляла: «Как теперь выйти из комнаты? Господи, как? Надо было поехать хоть на вокзал ночевать… Ужас, позор, вот же я дура».
Спустя полчаса Катя решила, что выйдет. Чинно пройдет по коридору, возьмет сумку, уйдет. Если кто-то ей встретится – она поздоровается с очень независимым видом, поблагодарит, и…
Хотя ведь надо еще в туалет. Причесаться, умыться. Блин, ужас какой.
Она надела джинсы и кофту, пропахшие дымом. Поморщилась. Тихо открыла дверь. Никого.
Прошла по коридору. «Блин, кажется ванна здесь…»
Из кухни доносился запах кофе, играл по радио тревожный оркестр, кто-то покашливал.
«Ой да что я теряю!» – подумала Катя и шагнула на кухню.
У плиты стояла Кристина Леонидовна, следила пристально за туркой. Обернулась, улыбнулась: «Катюша! Ну как спала?»
«Спасибо, хорошо… А где Роман?»
«А, он выбежал в магазин, купить тебе что-то сладкое».
Катя вспомнила: она зачем-то вчера по дороге сказала ему, что с утра любит сладкое.
«Спасибо, но я ничего не хочу. Я пойду. Вот только умоюсь».
И тут возник Рома, протянул шоколадку: «Кать, вообще я надеюсь, что ты здесь останешься».
Катя не выдержала: «Ром, ты дурак?»
…Прошло четверть века. У Кати и Ромы уже взрослые дети. Рома владеет маленькой фирмой, которая занимается ремонтом компьютеров, не бог весть что за доходы, но хватает вполне.
Со дня на день Катя станет бабушкой.
Милой Кристины Леонидовны давно нет, а мама плохо слышит и видит, но уверяет, что отлично со всем справляется. Катя старается приезжать к ней раза три в неделю, не меньше.
За все эти годы Катя не пожалела ни разу, что осталась тогда. Напротив, иногда думает: «А если б я тогда ушла быстрей, как хотела? Что было бы дальше? Ой нет, даже не буду».
Тогда она действительно вышла в прихожую, взяла сумку, стала нервно крутить блестящий замок, быстрей отсюда, быстрей…
Рома помог ей открыть дверь: «Кать, но может, передумаешь? Пожалуйста».
Она шагнула уже за порог. И вдруг обернулась: «Ладно. Шоколад очень хочется».
Алексей БЕЛЯКОВ