Записки сороконожки. Речевая характеристика и с чем ее едят.

Вот еще страшное слово из разных руководств по писательскому мастерству – речевая характеристика, которая должна у героев быть. Что немедленно провоцирует комплекс неполноценности: «Караул, у меня все говорят одинаково, я не умею, пойду на болото, наемся жабонят!».

Но, как обычно, не так страшен черт, как его малюют. Да в принципе эта самая страшная Работа Над Текстом не так и страшна – она совершенно не обязана включать в себя горы черновиков, подробные планы и схемы, привлечение орды консультантов и энциклопедий и что там еще вам представляется. Хотя если вам так больше нравится – то и пожалуйста. Впрочем, если вам так больше нравится, то вы этого и не боитесь и вряд ли все это читаете.

Так вот, с речевой характеристикой, как и с точкой зрения, все просто – всегда помнить, кто у вас сейчас говорит. Ребенок будет изъясняться простыми фразами, гопник – бекать-мекать и вставлять жаргонизмы, выходец из каких-то специфических кругов будет отличаться еще какими-то профдеформациями, бабуся-одуванчик будет общаться со всеми, как с собственными внуками… опять же, как и в прочих случаях, с шансами вы чисто интуитивно раздаете каждому нужные интонации.

Я не сторонник точной имитации детской речи, если только нам не нужен совсем маленький ребенок и больше для смеховой разрядки, а также фонетической имитации разных акцентов – это больше комический прием. Хотя для речи иностранцев у меня есть свой фокус – поскольку я свободно владею французским и достаточно прилично владею английским, я формулирую фразу на иностранном языке, а потом перевожу на русский. То же самое происходит, когда по сюжету герой говорит на иностранном для него языке – я не Толстой и французские диалоги на пять страниц разводить не собираюсь.

В этом плане забавно было с уже много раз помянутой здесь космооперой. Поскольку мы читеры и не хотели еще вдвое раздуть объем за счет попыток персонажей договориться, мы сказали, что у нас есть спейс-пиджин – эволюция эсперанто, обросшая местной спецификой, но все равно в целом общепонятная, потому что его учат с начальной школы, так что 11-летний пацан способен нормально объясниться с троицей инопланетников. Плюс у всех есть родной язык, значительная часть персонажей знает как минимум еще один-два. В общем, так или иначе все договариваются. Но это говорит о том, что сам текст космооперы – своего рода перевод, потому что большая часть разговоров идет на пиджине или в любом случае на отличном от русского языке. Ну и да, в своей части я зачастую проверяла реплики таким вот «обратным переводом». И, как минимум, следила, чтобы в текст не проскакивали слишком русские поговорки, а также жаргонизмы и внутренние рифмы, если изначально реплика не задумана на русском языке. Допустим, «всю королевскую конницу, всю королевскую рать» на пиджине допустить можно – на эсперанто, как мы знаем, переводилось дофигища литературных произведений, почему бы и не это. «Для местных девушек вы бледны как смерть и длинны как жердь» - это говорит персонаж, который хорошо владеет русским, этническому русскому же, так что можно. Во внутреннем монологе, понятное дело, каждый волен выражаться как душе угодно, главное, не пускать совсем уж явные русизмы у нерусских персонажей.

Еще один пример из той же космооперы – так уж получилось, что на планете Сомбра религия не играет особой роли в жизни общества. Ну есть, допустим, христианские общины, но это примерно как у нас даже не кришнаиты, а, не знаю, адепты Асатру – ну есть некоторое количество таких вот интересных людей, они там где-то отправляют свой культ, что там как – да кто ж их разберет. Понятно, гуманитарии и в принципе образованные люди плюс-минус в курсе библейской образности или там классической мифологии, а в рядах космофлота вам вряд ли скажут, кто такие архангелы. Поэтому поминать чертей, ангелов и ад ни один сомбриец не будет, он просто в этих категориях не думает. На других планетах расклады бывают всякие, есть и такие, где позиции церкви близки к нашим – не то чтобы прям рулит жизнью, но все в курсе этой системы координат, так что выходцы из тех краев благополучно чертыхаются в минуты расстройства.

И так далее, и так далее. Выходец из гоповского района будет говорить чуть попроще и погрубее, более образованный персонаж – более литературно, суперсолдат, не испытывающий эмоций – очень нейтрально, без особых фигур речи, зато оперная дива этих фигур выдаст запросто и в количестве. Ну и вроде как не жаловались, что в диалоге трудно понять, где кто.