— Дашенька, что происходит? — скрипучий голос свекрови так некстати. Звонок от «мамы» раздался во второй половине дня, когда нужно было успеть согласовать платежи. Неподписанная стопка счетов сама себя не сделает, между прочим. — Элеонора Дмитриевна, а что такое? — отвечаю на ее манер, листая папку с документами, успевая ставить подпись, где все понятно и прозрачно. — Мне моя приятельница сказала, что Олег с вами больше не живет! — предъявляет мне, будто я в этом виновата. Есть у нее такая приятельница. Сплетница живет как раз в подъезде Лизоньки. Получается, что Элеонора знала о похождениях Олега и покрывала сыночку… — Да, ваш сын и я разводимся. Не вижу причин, чтобы это скрывать, — начинаю раздражаться, что она меня отвлекает и уже не могу вникнуть полноценно в работу. — Что еще за новости? — начала повышать голос свекровушка. — У вас семья, ребенок… — Олег два года шоркался с соседкой, вот у него и спросите про семью! Все, Элеонора Дмитриевна, мне сейчас некогда… — цежу сквозь зуб