На своем канале я очень часто рассказываю о том, как создавались фильмы о Гарри Поттере: обсуждаю особенности декора, строения магических персонажей и проказы маленьких актеров. Однако вселенная Поттерианы не заканчивается на одних лишь фильмах, ведь первоисточником были книги. И создавались они практически без преувеличения потом и кровью: Роулинг стоило больших трудов выпустить даже самый первый, пробный, тираж в печать.
И сегодня я предлагаю вам окунуться в мир Поттерианы тех времен. Заглянуть за плечо знаменитой писательницы и понять: чем она руководствовалась создавая тех или иных персонажей или какие-то определенные локации. И начать я предлагаю с Дома номер четыре по Тисовой улице, где история Гарри Поттера и началась.
Не Тисовая, а Бирючиная
И начать хочется с основы основ: в оригинале улица вовсе не Тисовая, а Бирючиная, названная в честь бирючины — очень популярного в английских пригородах растения, которое встречается здесь на каждом шагу. Как правило, из него делают небольшие живые изгороди, которые порой могут быть у каждого второго, а то и у каждого первого жителя пригорода.
Выбирая именно такое название для улицы, роулинг подчеркивала: ей хотелось показать обычность Дурслей, ведь даже их дом стоял на улице с таким заурядным названием. И с учетом характера Петуньи и Вернона, это имело смысл.
Роулинг ненавидела цифру 4
Этот момент довольно забавен, но Роулинг и на своем сайте, и в нескольких других интервью признавалась: она не любит цифру 4. Именно по этой причине на входной двери Дурслей, очень неприятных личностей, висела именно эта цифра, а не какая-нибудь другая.
Отмечу, что нелюбовь к цифре "4" есть еще и у китайцев, у которых это созвучно со словом "смерть". Возможно, сама того не осознавая, Роулинг просто попала под это суеверие, которое в девяностые годы было очень распространено.
Детские воспоминания
При этом на своем сайте Роулинг признается: планируя дом Дурслей у нее получилось совсем не то, чего она ожидала. Вернон был уважаемым и солидным человеком, который мог позволить себе хорошее жилье. Однако он оказался в заурядном пригороде в довольно небольшом домике.
Джоан поделилась с читателями своим откровением: лишь оказавшись на съемочной площадке и увидев декорации дома, она осознала — это был дом ее детства. Проектируя дом Петуньи и Вернона, женщина неосознанно воспроизвела дом своего детства. Поэтому пересматривая сцены с ним, мы одним глазком подсматриваем за личной жизнью писательницы.
Милость до тошноты
Что же касается внутреннего убранства дома, то тут сходств было намного меньше. Роулинг намерено описала жилье Дурслей стереотипизированно-мило, несколько даже приторно. Она вписала туда кучу фотографий, обои, относящиеся к зефирной гамме, какие-то "милые" вещи, которые в действительности захламили пространство, а не сделали его уютнее.
Это было сделано специально: женщина хотела выработать стойкую неприязнь к дому, показав: даже имея неплохие деньги, Дурсли бояться выти за границы своих стереотипов, стараясь быть "как все".