Великая Французская революция не ограничивала себя национальными пределами. Ее лозунг — «Мир хижинам, война дворцам» — был обращен ко всему миру, в том числе и к России.
Петербург полнился тревожными донесениями и слухами.
Статс-секретарь императрицы Александр Васильевич Храповицкий 8 апреля 1792 года оставляет в своем дневнике следующую запись: «…Дан секретный приказ здешнему губернатору, чтобы искать француза, приехавшего через Кенигсберг 22 марта со злым умыслом на здравие Ее Величества; взяты предосторожности на границе и в городе».Во дворце были усилены гвардейские караулы, на площади выставлены рогатки. Но тревожное настроение быстро отступает. Спустя две недели, как явствует из дневника Храповицкого, Ее Величество уже «шутили на счет Франции и, показав мне в окно на идущих солдат, сказали: «Ils n'ont pas de piques patriotiques» *. Я примолвил: «Ni des bonnets rouges» **».* У них нет патриотических пик (фр.).** Так же как красных колпаков (фр.). Речь идет о пиках Национальной гвардии и фригийских колпаках — революционных символах.И хотя 26 августа 1792 года князь Белосельский-Белозерский сообщил из Парижа, что там 1200 якобинских тираноубийц торжественно «поклялись убивать королей», угроза революционного цареубийства тогда лишь тенью скользнула по фасаду Зимнего дворца.И однако же со зловещим и грозным именем Марата в Петербурге были знакомы не понаслышке. Кажется невероятным, но брат одного из величайших вождей революции нашел приют именно в России.
Давид Марат еще в 1784 году поступил в услужение к В.П. Салтыкову в качестве наставника его сыновей Сергея и Михаила. События революции заставили его стать Давидом Ивановичем де Будри (он был родом из Будри). Перемену фамилии разрешила сама императрица. После Салтыкова Будри состоял в услужении у богатого промышленника Афанасия Гончарова, деда Натальи Гончаровой. В компании с соотечественником Пишо он купил у Гончаровых позументную фабрику под Петербургом и выписал ткачей из Лиона. До 1806 года он успел дважды жениться.Когда Павел I издал указы против роскоши, фабрика Будри обанкротилась, а сам он был вынужден поступить на казённую службу. Получив по протекции чин коллежского асессора, он устроился преподавателем французского языка в Екатерининский институт и в Царскосельский лицей, где его застал Пушкин.
«Он очень уважал память своего брата, — вспоминал Александр Сергеевич, — и однажды в классе, говоря о Робеспиере, сказал нам, как ни в чем не бывало: c'est lui qui sous main travailla l'esprit de Charlotte Corday et fit de cette fille un second Ravaillac (это он тайком обработал ум Шарлотты Корде и сделал из нее второго Равальяка). Впрочем, Будри, не смотря на свое родство, демократические мысли, замасленный жилет и вообще наружность, напоминавшую якобинца, был на своих коротеньких ножках очень ловкий придворный.Будри сказывал, что брат его был необыкновенно силен, несмотря на свою худощавость и малый рост. Он рассказывал также многое о его добродушии, любви к родственникам etc. etc. В молодости его, чтоб отвратить брата от развратных женщин, Марат повел его в гошпиталь, где показал ему ужасы венерической болезни».
Умер он в 1821 году, в своем втором отечестве.
По слухам, и ректор императорского Санкт-Петербургского университета (с 1825 г.) Антон Антонович Дегуров (настоящее имя Антуан Дюгур, 1765—1849) в молодости «был… секретарем Робеспьера и орудием терроризма во Франции, и едва избег смерти, спрятавшись под кучей соломы» (сообщение профессора Шада).
Для проявления душевной щедрости
Сбербанк 2202 2002 9654 1939
Мои книги на ЛитРес
https://www.litres.ru/sergey-cvetkov/
Вы можете заказать у меня книгу с автографом.
Вышла в свет моя новая книга «Суворов ». Буду рад новым читателям!
Открываю подписку на издание моей книги «Названный Лжедмитрием».
«Последняя война Российской империи» (описание)
Заказы принимаю на мой мейл cer6042@yandex.ru
ВКонтакте https://vk.com/id301377172
Мой телеграм-канал Истории от историка .