Этой советской морской байке минимум 50 лет, думаю во взрослой версии мультфильма «Приключения капитана Врунгеля» ее вполне бы мог рассказать Лому и Фуксу, старый морской волк Христофор Бонифатьевич.
В середине 50-х годов с военно-морской базы в учебный поход вышла новейшая подводная лодка проекта «611». Командование планировало испытать субмарину и протестировать слаженность работы экипажа в условиях бушующего шестибального шторма. Подлодка шла в надводном положении в окружении пены, брызг и пятиметровых волн.
Пока лодка как могла, отплевывалась от злых волн, молодой мореман призванный на флот год назад из глухой деревни решил по-быстрому справить малую нужду. Стоя у гальюна парню внезапно вспомнилось как в детстве они с пацанами на спор старались с расстояния попасть струей мочи в овальную дырку деревянного сортира.
Посмотрев по сторонам и никого не увидев, морячок достал свой агрегат, прицелился и находясь за порогом «морского отхожего места» пустил струю. Как раз в этот момент в лодку ударила сильная волна, железная дверь резко захлопнулась и прищемила «писающему мальчику» его конец.
К заоравшему благим матом, прежде чем потерять сознание подводнику, прибежали товарищи, которые сдерживая рвотные позывы, увидели, что по-деревенски основательный половой член «годка» перекатывается на полу, сохраняя прежнюю связь с хозяином благодаря тонкой полоске кожи.
В составе экипажа был молодой врач только что прибывший на флот из «Военно-медицинской академии им. Кирова». После защиты диплома преподаватели настоятельно рекомендовали ему развивать данный ему Богом талант хирурга. Осмотрев раненого, он распорядился срочно готовить операционный стол и инструменты.
Кто-то из подводников грустно спросил: «Неужто доктор, такой мощный орган ампутируете?». Вставая с корточек, лейтенант сказал без тени иронии: «Отрежу к чертям собачьим, отдам коку, пусть добавит нам по кусочку в мясное блюдо. По старому поверью флибустьеров, от этой трапезы вся половая мощь пострадавшего перейдет команде корабля». После этих слов, в звенящей тишине хирург покинул место происшествия.
Тем временем командир доложил в штаб о ЧП и получил приказ срочно возвращаться на базу. По сарафанному радио в поселок подводников ушла информация, что половина офицерского состава лодки потеряла члены от какой-то страшной инфекции, занесенной на борт американским диверсантом.
Жены подводников рыдали, любовницы на людях сохраняли хладнокровие, а оставшись одни, ревели как белуги. Женщины, у которых мужья служили на других подлодках, утешали товарок: «Да будет убиваться-то, детки у вас уже есть, а он тебя и многими другими способами отлюбить сможет».
Пока на берегу кипели шекспировские страсти-мордасти молодой летеха колдовал над операционным столом пытаясь спасти детородный орган «ссыкуна снайпера». Сложнейшая операция завершилась за час до того как лодка вернулась на базу.
Жены, ждавшие мужей на берегу с тревогой вглядывались в суровые лица любимых мужчин спускавшихся по трапу на берег. Когда подводники стали обнимать своих любимых, то тут, то там стали раздаваться смешки и хихиканье, через брюки женщины чувствовали, что «достоинства» их мужей готовы к плодотворной работе.
Вскоре у раненого по глупости морячка, ствол его «баобаба» восстановил старую корневую систему, и однажды утром напомнил о себе приятной тяжестью и томлением. Саморучно проведенные испытания, показали, что орган функционирует в штатном порядке. Практикум с девушками привел выздоровевшего подводника в полный восторг, он обнаружил, что после операции стал обладателем «отсроченного финиша».
Когда по экипажам разнеслась весть о том чуде, которым молодой эскулап наградил молодого зассанца, к доктору по вечерам потянулись толпы страждущих мечтавших получить для себя такую же «волшебную опцию», пусть даже претерпев боль от членовредительства.
Говорят в старости доктор, сделавший уникальную для своего времени операцию показывал самым дорогим гостям маленькую черно-белую фотографию и пожелтевшее письмо. На снимке рядом с семью детьми и дородной супругой стоял возмужавший морячок, которому врач когда-то отреставрировал его мужское достоинство. В письме, написанном мужицким «топорным почерком» говорилось:
«Здравствуйте доктор! Пишет вам подводник ВХБ страшно пострадавший во время похода от удара предательски закрывшейся двери. Отслужив, я вернулся в деревню, обзавелся женой, построил дом, народил детей. Работаю комбайнером, зашибаю хорошую деньгу, постоянно отсвечиваю на доске почета. Доктор, аппарат, починенный вами, работает как часы, поэтому кланяется вам не только моя супружница, но и бабы из других деревень с коими я иногда любезничаю».