Далеко-далеко, в бескрайних мирах,
Что были когда-то мне домом,
Я странствовал вольно в звёздных лугах,
Волшебных и незнакомых.
Свободен я был и бунтарски смел,
Не зная земных цепей.
Я многое мог и многое смел,
В безопасной дали от людей.
Я сотни цветов без труда различал,
Оттенков не виданных мною.
Восход многих солнц, восхищаясь, встречал,
И ночи с сине-зелёной луною.
Ни чем не тревожим когда-то я был,
Купаясь в нирване и неге.
В созвездии Лиры свободно парил,
Любуясь красотами Веги.
Впереди, астероидов серый шлейф -
Летящих куда-то скал.
Камней размеренный, вечный дрейф,
Причал, как и я, не искал.
Сатурна могучий, опаловый шар,
В жемчужной оправе колец.
Гигантский, загадочный, дальний пульсар,
Цефеи багровый венец.
Юпитера дерзкий, слепящий гламур,
Манил перламутровой сферой.
Пленял величественный Арктур,
И крохотная Церера.
Харизма и необузданный нрав,
Палящих, нейтронных светил:
Симфония в множество тысяч октав,
Простор, что не знает мерил.
Я видел своими глазами тогда,
Рожденье сверхновых звёзд.
Я счёта не ведал бессчётным годам,
Ни горя не зная, ни слёз.
Облетал стороною я чёрные дыры,
И метеоритов косые дожди.
И солнечный ветер - вечный задира,
Мне был нипочём на пути.
И вся необъятность огромной вселенной,
Принадлежала лишь мне.
Жизнь не казалась пустою и тленной,
И смысл её был не в вине...
Мне знать не дано, за какую провинность,
Однажды мой рай задохнулся в петле.
Я родился опять, чтоб исполнить повинность,
В кромешном Аду... на Земле.