Продолжаю публиковать работу профессора Иванова "ЕГЭ или образование - третьего не дано"
Предыдущие части были тут:
16. ЕГЭ и качество работы учителя
<<Качество работы педагогов является сегодня центральной проблемой всего образования. Заметим, что весь наш текст посвящен одной из основных причин резкого снижения качества среднего образования. И главный вывод проведенного анализа состоит в том, что отрицать негативное влияние фактора ЕГЭ — значит заведомо уходить от решения вопроса. Но именно такой подход лежит в основе всех действий Минобра.
Одной из заявленных целей введения ЕГЭ было создание инструмента «независимой и объективной» оценки работы учителя и на основе этой оценки материальной мотивации его труда. Сегодня совершенно очевидно, что этот подход оказался несостоятельным. Это поняли и в Минобре, судя по разъяснениям Д.Ливанова в июле 2014 года и письму от 16 сентября 2014 г. № 02-624 С.Кравцова, где сказано, что «результаты ЕГЭ не должны использоваться при составлении рейтингов образовательных организаций и оценке эффективности работы учителей.» Причины такого решения ясны: очень в разном положении оказались педагоги элитных профильных классов, в которые происходит специальный отбор учеников, и учителя классов обычных. К тому же часто учителя получали премии за успехи репетиторов, что не способствовало формированию здоровой атмосферы в педагогических коллективах.
Сама идея найти численный инструмент, позволяющий оценить качество работы учителя, не состоятельна. Образовательный процесс — слишком тонкая материя, о нём трудно судить дистанционно из министерских кабинетов. Чтобы получить реальное представление о работе школы, работникам системы управления образованием надо спуститься в неё и от надзора перейти к сотрудничеству. Так, как это делали в недавнем прошлом методисты РОНО. Термин «надзор» не уместен в сфере образования.
В отношениях Минобра и образовательных учреждений сформировался глубокий антагонизм, который отчетливо проявляется при проведении аккредитации. Эта бессмысленная и затратная процедура в значительной части сводится к тому, что в образовательном учреждении изготавливают для неё массу подложных документов (от расписания занятий до учебных программ). Причем об этом знают все: и учителя, и ученики, и работники контролирующего ведомства, которые затем проверяют эти бумаги на предмет соответствия каким-то нормативным требованиям.
Ясно, что в такой ситуации ни о каком сотрудничестве «верхов и низов» речь идти не может. Поэтому все попытки Минобра организовать какой-то внешний контроль (например, вводимые сейчас ВПР) будут встречены саботажем и потребуют установки камер видеонаблюдения и прочих атрибутов «честного ЕГЭ».
Особо тяжелые последствия для образования могут иметь обязательные аттестационные ЕГЭ. Первый прецедент в этом направлении уже есть — базовый ЕГЭ по математике, который мы подробно обсуждали в п. 2 и 9. В обществе растет понимание, что школа не может эффективно работать без выпускной аттестации. Однако ничего другого, кроме ЕГЭ, современные реформаторы уже и не мыслят. Потому речь идет только о введении обязательных единых экзаменов: по истории, физике, иностранному языку (тут уже и срок назван - 2022 год) и т. д. Но это ни в какой мере не будет решением проблемы. Крайне низкий аттестационный уровень таких экзаменов нетрудно предсказать на примере базового математического ЕГЭ. Как и в случае математики, они зададут образовательную траекторию, по которой будут направлены практически все школьники, кроме учащихся профильных классов. С соответствующим результатом на выходе.
Здесь следует еще раз подчеркнуть, что полная передача аттестации учителю (которая сегодня имеет место по всем школьным предметам, кроме русского языка и математики) предпочтительнее, чем государственный выпускной стандарт на уровне ноль. Хотя учитель аттестует «по понятиям», но всё же эти понятия у многих педагогов пока ещё есть.
«Базовая государственная аттестация» опускает сразу и всех.>>
продолжение следует