В этой статье с необычным названием я бы хотела поделиться с вами вполне обычным феноменом - катастрофизацией.
Впервые термин «катастрофизация» был употреблен Альбертом Эллисом – известным американским психологом и когнитивным терапевтом, автором Рационально-эмотивно-поведенческой терапии, в 1962 году в работе «Разум и эмоции в психотерапии» («Reason and Emotionin Psychotherapy»). А. Эллис описывал роль когниций в возникновении эмоциональных и поведенческих расстройств при помощи модели ABC, где «A» – активирующее событие (activating experience); «B» – убеждения (beliefs); «C» – последствия (consequences). В прошлой статье мы говорили про технику СМЭР - модификацию модели ABC А.Эллиса в исполнении Дмитрия Викторовича Ковпака.
Убеждения или установки А.Эллис понимал как «личные верования или способы оценки воспринимаемых событий» и разделял их на рациональные и иррациональные. В случае отклонения от стереотипного паттерна поведения (например, «я должна написать дипломную работу в срок, иначе последствия будут ужасными и непоправимыми») возникают когнитивные оценки ситуации, в числе которых обнаруживается катастрофизация – преувеличение негативных последствий событий (те самые ужасные последствия, которые наступят, если не сдать вовремя дипломную работу). Как следствие когнитивных оценок ситуации развиваются установки или убеждения (например, иррациональное убеждение «катастрофизация»). Вербальными маркерами катастрофизации будут являться слова «ужасно», «жутко», «кошмарно» и т.д.
Таким образом, феномен катастрофизации был рассмотрен А. Эллисом с двух сторон – с точки зрения когнитивных оценок ситуации (катастрофизация как оценка какого-либо события – «последствия будут ужасными», «это просто конец света») и с точки зрения иррациональных убеждений, которые прочно закрепляются в картине мира человека и содержат логические ошибки.
Несколькими годами позже, в 1967 году, Аарон Бек в своем труде «Диагноз и лечение депрессии» («The diagnosis and management of depression») уточнил термин «катастрофизация» как «когнитивное искажение» или «дезадаптивный когнитивный стиль», который мог привести к обострению симптомов у пациентов с тревогой или депрессией и осложнял прогноз их заболевания. Феномен катастрофизации у данных групп пациентов характеризовался иррациональным негативным прогнозом относительно будущего. Иными словами, пациенты ожидали, что с ними случится что-то плохое (или же делали выводы на основании прошлых лет), но объективной причины для данных опасений у них не было.
На сегодняшний день исследователи выделяют 3 компонента катастрофизации:
1. Постоянное размышление или мысленная жвачка (rumination) – так называемое «негативное фантазирование», то есть прокручивание в голове негативных мыслей о симптоме, болезни или ситуации, построение (создание) и обдумывание в голове нежелательных исходов того или иного негативного события, неспособность подавить или отвлечь внимание от негативных мыслей. Вероятно, так как мышление и речь тесно связаны между собой, человек, склонный к катастрофизации, может не переставая говорить, например, о симптомах болезни, которые обнаруживает у себя.
2. Преувеличение (magnigication) – человек, склонный к катастрофизации, ожидает чего-то плохого (это ожидание, как мы уже говорили, иррационально по своей сути), «раздувая» серьезность болезни или ее симптомов, преувеличивая негативный исход.
3. Безнадежность или беспомощность (helplessness) – человек, склонный к катастрофизации, считает, что он не в состоянии справиться с возникшими трудностями, не может никак повлиять на негативный исход, которого он ожидает. Отмечается уверенность в деструктивности последствий, и что они неизбежны.
Открытым остается вопрос о том, является ли катастрофизация стабильной чертой личности [Grazzi L. et al.; Quartana P. J., Campbell C. M., Edwards R. R.], когнитивным стилем [Corsi N., Colloca L.], одной из стратегий совладания [Gibson E., Sabo M. T.] или она должна рассматриваться как изменяющаяся (т.е. динамическая) реакция на ситуацию [Burri A. et al.; Campbell C. M. et al.].
После долгого введения в проблематику катастрофизации всё же вернёмся к вопросу о белках-истеричках из серии комиксов «Nichtlustig» от Joscha Sauer.
Несколько утрированный пример, отражающий реальность. Люди, склонные к катастрофизации, как белки на картинке: даже обыденные события могут возвести в такую катастрофическую степень, что будущее не то что покажется непривлекательным и окрасится в депрессивные тона, но и в целом жизнь, настоящий момент будут тяготить.
Как и обещала - «личностный профиль катастрофизатора»: невротический тип личности с высоким уровнем тревожности и преобладающей интроверсией, характеризующийся тенденцией испытывать негативные эмоции, придерживаться дисфункциональных убеждений, а также низкой способностью контролировать собственные импульсы (низкий уровень самоконтроля, контроля внимания) и справляться со стрессом (высокий уровень фрустрированности). Узнаёте ли себя в этом описании? Такой портрет не обязательно должен присутствовать у каждого человека, склонного к катастрофизации, но точно будет у настоящих катастрофизаторов. На данный момент в когнитивно-поведенческой терапии катастрофизация рассматривается, как вполне обычная ошибка мышления, которая может быть свойственна и людям, отличающимся от личностного профиля, описанного выше.
В интернете можно найти и пройти тест на катастрофизацию боли, который мы с коллегами адаптировали ранее (боль замените на любое событие или ситуацию, которая тяготит вас, любой другой симптом):
Радчикова Н.П., Адашинская Г.А., Саноян Т.Р., Шупта А.А. Шкала катастрофизации боли: адаптация опросника [Электронный ресурс] // Клиническая и специальная психология. 2020. Том 9. № 4. C. 169–187. DOI: 10.17759/ cpse.2020090409.
Узнать подробнее или записаться ко мне на консультацию можно по телефону: 8-915-252-24-55
Автор: Анастасия Шупта
Психолог, Клинический психолог
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru