-Сима… - в смятение прошептал он, когда она поцеловала его коротко и влажно, но она явно не собиралась ничего объяснять. Скользнув на край кровати она взяла в ладони его лицо и поцеловала в висок, а затем в переносицу и он, дрогнув ресницами прикрыл глаза. Сима, обняв за шею, уложила его голову на подушку и продолжила исследовать губами лицо. Но почувствовав его ладонь у себя на талии переместилась в район его уха
-Не хватай…помнишь? – тихо прошептали её губы, а потом мягко поймали мочку уха и окружающий мир посыпался вокруг Ярослава. Сима… Она околдовывала и возносила на заоблачные вершины чувственного наслаждения. Она сводила с ума все рецепторы его организма. Глаза его были прикрыты, но он обонял и осязал её кожей и этого было достаточно, чтобы провалиться в сладкую негу. Именно провал, падение он переживал, от её ласки. Как будто весь мир с его проблемами и делами оставался там, на поверхности, далеко. А он кубарем, неуправляемо скатывался в тёмную пропасть, где не было нечего, кроме её мягкости, дыхания, запаха, звука, с которым влажные губы отрываются от губ, чтобы сразу прикоснуться вновь.
Она провела пальцами по его подбородку и поцеловала в угол челюсти на границе с шеей и, нервно выдохнув через сжатые зубы, он откинул голову, предлагая ей следовать дальше. Он был непривычно ограничен в правах во время их контактов и ему ничего не оставалась, как с удовольствием принимать её ласку. И подставлять под поцелуи те места, где их больше всего желалось. Кожа на шее натягивалась и покрывалась мурашками под её губами, и область такой, «взбудораженной» её прикосновениями, кожи увеличивалась и стремилась поглотить всё его тело. А когда он снова ощущал её поцелуи на подбородке или щеках, он вслепую ловил их и жадно перехватывал ртом. И если она не убегала дальше, позволяя углубить поцелуй и поймать кончик её языка, то самоконтроль изменял ему. И, забывшись, он положил ладонь на её голову в районе уха, чтобы прижать к своему лицу, но она отпрянула от руки. Она ловким движением перехватила его кисть и, поцеловав в ладонь, прижала к подушке у головы. Находится в её власти было запредельно сексуально. Смотреть на неё снизу вверх и позволить обездвижить себя и прижать к простыне, было абсолютно новым и очень волнительным переживанием. Он раскрыл ладонь и сплёл свои пальцы с её, еле ощутимо сжав руку, и почувствовал ответное пожатие. Он бы хотел, чтобы она заблокировала ему и вторую руку, и это не было склонностью к подчинению, просто ему самому было очень сложно удерживать её на месте. Гораздо сложнее, чем в их первый поцелуй, хотя и тогда казалось почти невыполнимой задачей. Но тогда Симины губы касались только его рта... а сегодня ареол её ласки распространился и на всё лицо Ярослава, и на его шею с плечами, а тёплые пальцы уже касались его голой груди. И когда за ними опустится и её лицо, это станет совсем невыносимо. Впереди замаячил последний форпост, где ещё был шанс остановить её наступление. Остановить? Ну, конечно… Он был напряжён до предела, до физической боли. Измученное тело умоляло, требовало разрядки. Но если он позволит себе какие-нибудь действия и ошибётся – она уйдёт. А он не мог пойти на такой риск.
Сима провела ладонями от его талии до подмышек и поцеловала в сердце. Да, возможно, её губы и сердце соприкоснулись не на прямую, но ощущение было такое, что их ничего не разделяет. Это было похоже на контрольный выстрел в голову, чтобы не оставить жертве ни малейшего шанса. Он втянул воздух и остановил свою руку, взметнувшуюся к её голове. Она снова поцеловала и прижала к груди ухо и щёку, словно прислушиваясь, что происходит с сердечным ритмом. А потом она приблизилась и что-то прошептала ему на ухо. Гормоны в крови замедляли его восприятие действительности, мешали думать и вникать в смысл слов. Она сказала «если что не так - возьми за плечо»? Она исчезла, опустившись вниз... Он долго соображал и потерял время, чтобы остановить её. И вздрогнул, почувствовав поцелуй на животе. И поднялся на локтях, чтобы возразить... Потому что это было… нельзя. И с ним так нельзя… Но противиться ей было так же невозможно, как выбраться из пропасти со скользкими стенами, куда Сима так легко его скинула. Он ничего не смог произнести, потому что её рука уже скользнула под бельё, и он подавился словами. А спустя мгновенье - оказался в плену её тёплых губ... Он судорожно сглотнул и наморщил брови - на лбу пролегли две вертикальные морщины, словно от боли. Сима качнула головой, и он упал с локтей на спину, задохнувшись. Ему показалось, что он не сможет больше даже вдохнуть воздух, какие уж тут слова? А Сима продолжала… Ритмично, нежно и невыносимо хорошо. Хотелось заскулить от блаженства и… полнейшего бессилия. И он отвернул голову к плечу и болезненно зажмурился, положив пальцы на переносицу
Всё было не так! Не так, как он себе представлял... Не так, как должно было быть... И он, конечно, должен был остановить её, но тело игнорировало разум... И предательски подавалось ей на встречу, и колыхалось, подстраиваясь под заданный ритм. Такой пленительный и подавляющий волю... Собранные в хвост волосы, соскользнув с её плеча, щекотали в районе пупка. И Ярослав закрыл глаза, облизывая пересохшие от частого дыхания губы. Он не остановит её... Просто не сможет прервать этот мучительный восторг. Есть вещи сильнее его. И одна из них – Зов Плоти к этой женщине. Он долго сдерживался и ломал себя, подстраиваясь под сложные правила. Сгорал, терпел, не получая выхода для своих страстей. Он бы вытерпел и сегодня, если бы всё не зашло так далеко... Если бы она не обожгла его губами там, где уже нет и не может быть тормозов у доведённого до исступления мужчины. Она не могла не понимать...
Его ладонь, протянутая к её плечу, легла на шею сзади. И этим жестом он расписался в собственном бессилии... «Всё не так, но… не останавливайся...» И она не остановилась, даже не смотря на его руку, которая подгоняла её... Но Сима, наверное, понимала, что всё что происходит с ним сейчас - уже совершенно бесконтрольно и неосознанно. Его глаза не видели, хотя и были слегка приоткрыты, губы разомкнуты, брови сдвинуты, ломая гладкий лоб напряжённой морщиной над переносицей. Лоб блестел от испарины, а зубы от слюны. Он был в другом измерение, где было только поглотившее его удовольствие и свет, к которому он приближался.
Давай, давай, давай, давай, давай…
И в рай, и в рай, и в рай, и в рай, и в рай…©
Это не могло продлится долго... и не продлилось. И она сняла его напряжённую руку с шеи в последний момент, в тот короткий миг, когда он замер, а его живот под её пальцами приобрёл каменную твёрдость. Она перехватила его кисть поудобнее, и он судорожно стиснул ей ладонь, издав хриплый вздох и продолжая пульсировать...
А когда он открыл глаза и вновь обрёл зрение, Сима сидела на краю кровати и смотрела на него с улыбкой. Она вытерла пальцами пот над его верхней губой и на лбу, встала. Она хотела уйти, но Ярослав удержал её за руку, усевшись. Она посмотрела выжидательно. Ему было очень неловко. Очень плохо и хорошо одновременно…И он не в полной мере осознал произошедшее, но он хотел поблагодарить её. Она снова присела на кровать, и он решил, что теперь она точно позволит ему поцеловать её, но она отвернула лицо.
-Почему нельзя? - ошарашенно спросил он, всё ещё слегка задыхаясь
-Потому что я только что делала...
-И?
В её глазах отразилось непонимание, как будто он собирался сделать что-то сверхъестественное. Бедная девочка... Но он, конечно, всё равно поцеловал её.
А когда она вышла, он упал на спину и закрыл лицо ладонями.
Почему Симона стала такой мукой для него? Она не «дарила» ему наслаждение, она «причиняла» его. Она опустошала его, выпивала до дна, как бы двусмысленно это теперь не звучало. Но погружая его тело в невероятное блаженство, она вытряхивала из него душу. Он не мог отделаться от ощущения неправильности происходящего между ними. Она была инструментом. Красивым и прекрасно настроенным инструментом для удовольствия. Её настраивал другой мужчина, он хорошо обучил её, и теперь Ярослав будто воспользовался чужой вещью и оценил её по достоинству. Чужая. Вот то что было сложнее всего принять в Симоне. Она не принадлежала ему. И даже сейчас, когда так откровенно и близко узнала его, она сама осталась закрытой. Она не стала ближе. Всё изменилось бы, если Ярослав смог подарить ей хоть половину того, что испытал сегодня сам. Но она была научена только отдавать, а не брать. Умение наслаждаться было абсолютно бесполезной опцией для сексуальной рабыни. Полковник был просто кретин, если не видел разницы между холодной и пылающей любовницей. Если бы она позволила... Ярослав был уверен, что может затащить её в эту сладкую пропасть за собой. Вместе с собой…
Утро принесло ему новые терзания. Сегодня всё казалось ещё критичнее и непригляднее. Из гостиной вкусно пахло чем-то жаренным и сладким – толи сырники, толи оладья. Раздавался приглушённый звук телевизора и льющейся воды. Обычные кухонные звуки в обычной семье, а он не мог выйти из спальни от неловкости и смятения. Он с тоской вспоминал, как ночью в борьбе благородства и похоти в нём одержала победу последняя. И если бы он сказал, что сожалеет об этом, и повторись такое вновь – он поступил бы иначе, то он бы соврал. Невозможно было сожалеть о том, что побывал в раю! И то, что он теперь был такой оголённый и прозрачный перед ней, а она не изменилась за ночь - было неправильно и не честно. Как посмотреть Симе в глаза? Как обойти тему разговором? Как она сама теперь будет чувствовать себя в его обществе?
Первый вопрос, отпал сразу, как он вошёл в комнату. Сима чувствовала себя великолепно и обрадовалась, что он наконец проснулся. Она лежала на диване перед телевизором, рассыпав блестящие волосы по диванным подушкам и вытянув перед собой скрещённые длинные голые ноги. Она часто скрывала руки с синяками и шею, но не прятала восхитительных гладких ног. Носила короткие шорты. Кожа на её ногах была чистая и блестящая, как рыбья чешуя, к которой хотелось прикоснуться. Черт, да не было на ней других мест! Ко всем хотелось прикоснуться. Но ноги… Он сухо поздоровался и отвернулся к столешнице, чтобы налить кружку чая. И усиленно попытался уйти от фантазии, как эти ноги могли бы обхватить за пояс и сжать с неожиданной силой. Боже, почему видения обрушиваются на него с новой силой? Ведь вчера он получил полное удовлетворение. В голове всплыли ценные и необходимые по жизни знания, как раскачать свежевырытый колодец. Чем быстрее из него забирают воду, тем интенсивнее и мощнее он будет наполняться по новой. Нельзя забирать весь объём воды за раз, а то свежий поток будет таким мощным, что может разрушить стены и дно. Мда…
-Яр, сырники… Я не стала завтракать без тебя, - она сняла чашку у себя с живота и поднялась с дивана, - Вот. Только кофе пью.
-Спасибо.
Она расставила посуду, и уселась за стол.
-Хотела сходить погулять, пока ты спал, но дождь…
Он поднял глаза от чашки и посмотрел в окно. Действительно, на улице было темно и под окном дребезжала вода, сбегающая из водостока в какую-то ёмкость. Вот что это был за звук. В своих утренних мыслях он мало что замечал вокруг… Ярослав уселся напротив неё и поднял глаза. Сима улыбалась спокойно.
-Дождь тоже не плохо иногда, – произнёс он, снова отводя взгляд
-Да, для разнообразия – согласилась она.
Разговор получался странный и Ярослав собрался с силами и откусив сырник, бодро спросил,
-Что мы сегодня делаем?
Сима взглянула удивлённо,
-Ты же сам сказал, что надо ехать отдавать машину…И Васе обещал позвонить… - и вдруг она рассмеялась, -Ты обнулился этой ночью что ли?
Ярослав вздрогнул. Она явно воспринимала этот животрепещущий для него вопрос гораздо легче и беззаботнее.
-Яр, ты чего? – спросила она встревоженно, поймав его взгляд из-под бровей, и без тени улыбки, -Я сделала тебе… неприятно?
-Приятно…-признался он одеревеневшими губами. Невозможно было поверить, что ему приходится говорить об этом…
-Тогда что не так?
-Всё.
Она опустила глаза и вздохнула,
-Прости, я больше не буду. Я думала тебе нужно…
-Господи, - он отвернулся от неё к окну, - В нормальной жизни такое происходит, не когда нужно, а когда хочется!
«Больше не буду» его тоже задело, но об этом он сказать не рискнул
-Я хотела! – с готовностью ответила она
-«Порадовать меня»?! – он порывисто встал и отвернулся к мойке открыв кран. Стал намыливать чашку, стараясь побороть неловкость от разговора.
Она заговорила после недолгой паузы
-Мне доставляет эстетическое удовольствие видеть тебя таким… Ты всё это очень красиво делаешь…
Он замер на секунду и слегка повернул голову
-Что делаю?
-Ай, не знаю, как сказать… Ну всё вот это… Морщишься, покрываешься мурашками, облизываешь губы, дышишь, ну...даже кончаешь…
Ярослав очень редко смущался, а краснел ещё реже. Но сейчас он прямо физически почувствовал, как кровь бросилась к его лицу и корням волос. Ну, не только туда, конечно… И он, естественно, не помнил, как «красиво» всё делал, потому что вообще помнил обрывочно и туманно. Все воспоминания растворялись в безграничном и всепоглощающем сладострастии. А она наверняка помнила. Это было, как напиться до беспамятства и заняться сексом с трезвым партнёром. И это не воодушевляло.
-Муж просил, что бы я не смотрела, - продолжила она
Меньше всего сейчас ему хотелось сейчас говорить о её муже, но он спросил,
-На что не смотрела?
- На финал. Считал, это слабостью. Я первый раз рассмотрела…
- В чём-то он прав, - Ярослав нашёл в себе силы чтобы повернуться к ней, он скрестил руки на груди, - Это и есть слабость… И беззащитность. И оголение самого сокровенного. Поэтому это и должно происходить взаимно, Сима. Хотя бы первые разы. И вот тогда ощущения - огонь! - он едва заметно улыбнулся, - Объяснять проще на практике...
Она не выдержала его взгляда, махнула рукой,
-Ты же знаешь, я так не умею…
Он взглянул серьёзно,
-Я научу…
Охренеть, что он ей предложил?! Секс? На второй день знакомства? Ну, окей, третий, если считать с того момента, как она оплатила ему проезд в автобусе. Хотя это не он добавил в криминальный триллер существенный эротический уклон. Он только думал об этом, а она сделала.
В её глазах проскочило смущение, и она встала и отошла к окну. Дёрнула плечом.
-Ладно, это пустой разговор, - произнесла она, -давай вернёмся к нашим планам.
Она не сказала «нет»
Они выехали не скоро, потому что начиналась сильная гроза. Небо совсем почернело и разрывалось яркими полосами молний. Сима долго болтала с Васей по видеосвязи, потом они посмотрели кино, пока небо чуть-чуть не прояснилось. Рассчитывать на полное прекращение дождя не приходилось и пришлось собираться в путь. Ярослав на прощание оглядел дом. Ему хотелось вернуться сюда. Вернуться с ней. Но что их ждёт впереди предположить было очень трудно и поэтому, вздохнув, он мысленно попрощался с этим местом.
Они решили обедать в машине, так было удобнее для обоих - ливень хорошо скрыл бы их в салоне. Ярослав пошёл на заправку купить готовой еды, а Сима осталась ждать на стоянке в автомобиле. В связи с погодой она захотела горячего супа, и он остановил свой выбор на борще со сметаной. Всё его внимание было сосредоточено на двух пластиковых глубоких, плохо закрытых тарелках в пенопластовом подносе. Нужно было идти быстро из-за дождя, но плавно, чтобы не расплескать. И когда у самого автомобиля он поднял глаза -Симы в нём не было. И это не слишком встревожило бы его, если бы не распахнутая пассажирская дверца. Так не делают, особенно во время дождя. Он растерянно оглянулся. Она не могла уйти, бросив автомобиль открытым нараспашку! Она не могла уйти одна... От неприятного предчувствия стянуло живот. Сима..., и он на секунду представил, что не найдёт её и больше никогда не увидит. И не узнает, как она исчезла. Просто её увезли, а он будет беспомощно топтаться здесь, а потом выкинет суп, сядет в открытый ниссан, ключи в замке, и поедет. Куда? С какой целью? Будет ли смысл продолжать отпуск или придётся поскорее вернуться в Москву и постараться все забыть? А через время позвонит бабушка и сообщит Яру, что приезжала Васькина мама с мужчиной и забрали ребёнка... От этих мыслей было страшно и беспросветно. И всё теряло смысл. Он снова огляделся, тщательно всматриваясь в каждый автомобиль, находящейся на заправке. Надежды на то, что произошло что-то незначительное - не оставалось. Но всё внутри сжалось, когда он узнал синий форд, стоящий с другой стороны от магазина. Картина произошедшего вырисовывалась с предельной ясностью. Полковник их нашёл. И выдернул её из машины, пока Ярослав был в магазине. И сейчас увезёт её домой, бесславно оборвав её отважный побег. У форда было заклеено плёнкой правое переднее стекло и невозможно было разглядеть, что происходит в салоне, но за то не оставалось сомнения, что машину он определил верно. Мысли наскакивали одна на другую и разбивались словно волны о волнорез - плана действий не было, вполне привычно. Но оказывается он уже прошёл половину пути до форда. Ему очень мешал суп в руке, от которого в смятении он забыл избавится, но на сердце было облегчение от того, что Сима ещё была здесь! А значит оставался шанс остановить их. Любой ценой, хоть под машину лечь! Какую цену придётся заплатить - время покажет. Он подошёл к капоту и посмотрел в салон через лобовое. Сначала он увидел на пассажирском сидение её. Сима была напуганная, но смирная. А за рулём, насупившись, сидел мужик заметно старше её. Не красивый и хмурый. Они подняли глаза на Ярослава одновременно. Во влажном взгляде Симоны отражались обречённость и страх. И она смотрела на него виновато. Мужик смотрел равнодушно. Он запустил двигатель и махнул рукой, приказывая Ярославу отойти от капота. Он собирался уехать, и молодой человек ему мешал, стоя в метре от бампера. Ярослав стоял и лихорадочно думал. Что можно было сделать? Как заставить их выйти? Сима не рискнёт выскочить из машины, пока муж рядом, это было ясно. И в том, что сумасшедший полковник поедет на него, Ярослав то же не сомневался. И словно доказывая свою предсказуемость полковник нажал на газ - автомобиль дёрнулся и прыгнул на полметра вперёд. Ярослав даже не вздрогнул. Заторможенность тела объяснялась усиленной работой мысли. Но со стороны, должно быть выглядело, как решительный настрой не отпускать их. Симина рука взметнулась к губам, она обернулась к мужу и что-то эмоционально заговорила. Ещё один такой прыжок и машина упрётся мордой в ноги, если он не отойдёт. Водитель совершенно не собирался покидать своё место, а это было просто необходимо, чтобы выгадать время. Секунды тянулись невыносимо медленно, и стали словно вязкими и густыми, как кисель… осязаемыми. Усиливался дождь и сердцебиение в ожидании серьёзного конфликта. Неосознанно Ярослав уставился на рот полковника, который открывался и искривлялся за мокрым стеклом, изрыгая ругательства, и интуитивно почувствовал, что нужно делать. Его тело как будто проснулось и пошло на опережение мыслей. Он отступил на шаг назад и изящно замахнувшись, отправил в лобовое стекло тарелки с супом. Бросок получился метким и вызывающе хамским. Борщ феерично разлетелся по стеклу, охватив почти всю его площадь, и оставил красочные пятна и подтёки. Сметана медленно сползала вниз белыми комьями, оставляя жирные следы. Что ж... Эффектно и эффективно одновременно. Водительская дверь распахнулась немедленно и Ярослав понял, что сейчас ему придётся драться. Или даже, что вероятнее - его будут бить. Его не били тридцать лет, а сейчас изобьют за то, что он кидался супом в полковника МВД. Детский сад какой-то!
Полковник постоял секунду у автомобиля, рассматривая Ярослава с уничижительным удивлением. Он провёл пальцем по лобовому стеклу, и не отрывая взгляда от молодого человека облизнул руку. Это выглядело страшно. Ярослав отступил на пару шагов и поднял перед собой, наконец освободившееся руки. Что нужно защищать в первую очередь? Зубы, нос? Было жалко и то и другое…
Лицо полковника стало яростным. Он был ниже Ярослава ростом, но явно крепче и сильнее физически. И возможно у него был опыт драк. Во всяком случае приближался он очень уверенно. Но полковник не ударил его, а резким движением схватил пятернёй за шею сзади и дёрнул на себя, одновременно схватив за локоть другой рукой. За мгновение молодой человек понял намерение нападавшего. Ему пришлось сделать несколько маленьких шагов вперёд, чтобы не потерять равновесие, следуя за своей шеей под сильной рукой. Полковник собирался завалить его на капот и, наверное, ткнуть лицом в загвазданное стекло. И Ярослав вдруг понял, что ему этого очень не хочется. На столько не хочется, что куда-то пропал страх боли и травм, а их место заняла злость вперемешку с адреналином. Если бы была угроза простого удара, Ярослав, во-первых, точно бы его пропустил, потому что понятия не имел, как от них уходить или блокировать. Во-вторых, не завёлся бы с пол оборота, как перед угрозой публичного унижения. А сейчас в крови образовался подходящий коктейль для потасовки, и он с силой рванулся назад всем телом и ловко вывернулся из крепкой лапы полковника. Они были метрах в трёх от капота, и когда полковник снова подскочил к нему пассажирская дверь открылась и Сима выпрыгнула наружу. Молодец, девочка! Она в ужасе взглянула на них и сделала самое правильное, что только можно в этой ситуации. Она бросилась бежать! Убегать через всю территорию заправки в сторону их Ниссана. Если бы она кинулась в драку на помощь Ярославу с зонтиком наперевес или ещё с чем-то столь же грозным - она бы всё испортила. Полковник размотал бы их обоих, никуда не спеша. Но заметив побег жены, он быстро сменил приоритеты и словно потеряв интерес к, по сути, безопасному юноше просто оттолкнул его и рванул за Симой. Сейчас это было для него важнее. Сима могла запрыгнуть в машину и уехать, и ему опять пришлось бы искать её. Но Ярослав не собирался дать ему возможность остановить Симу. Он не потерял равновесие после толчка и быстро рванул за убегающим. Он воспользовался единственным своим преимуществом перед Симиным мужем - ростом. Без труда, двумя прыжками, догнав его он просунул левую руку над его плечом и схватив шею в кольцо из локтя и предплечья потянул на себя и вверх. И дожал правой рукой, чтобы захват получился более крепким. Полковник оторвался ногами от земли и вцепился пальцами в руки Ярослава. Наверное, мвдешник зря недооценил желания «безопасного юноши» побороться за его жену.
С другой стороны Ярослав и сам не мог ожидать от себя подобного поведения, и даже в страшном сне не увидел бы, как пытается придушить полковника. Ярослав терпел болезненные удары полковничьих ног по своим голеням, глядя, как Сима почти добежала до машины. Полковник захрипел какой-то бранью, замахнулся и вслепую ударил его локтем в район солнечного сплетения и это оказалось очень болезненно и совершенно лишило возможности вдохнуть воздух. Он согнулся и ослабил захват. И наверное, получил бы в лицо за такие выходки, но Сима уже была в машине! И она запустила двигатель! И полковник только оглянулся на парня с сожалением, что не было времени разбираться, и легонько, вскользь махнув рукой, смазал ему по носу, словно от досады. Затем развернулся и снова собрался бежать. Больно не было, но, если бы они дрались до первой крови, как в школе -Ярослав бы уже считался проигравшим. Кровь брызнула так неожиданно и обильно, что он подставил под лицо ладонь и с изумлением посмотрел, как она окрашивается в красное. Во рту появился поганый железистый привкус и инстинктивно сплюнув, он снова рванул за полковником. Он действовал уже на автопилоте и единственной целью было дать ей уехать. Боль и страх перестали существовать, сердце билось в висках, адреналин выплеснулся в кровь в невероятном количестве и заглушал все «лишние» мысли. Он со всей силы налетел на полковника сзади, ударив плечом в спину между лопаток и повалил на асфальт обрушившись сверху. Краем сознания он замечал людей, выбегавших из магазина, и отмечал поднимающийся вокруг шум и панику. Было всё равно. И даже если в газетах появятся его фото, дерущегося на заправке - неважно. В обычной жизни он достаточно внимательно и трепетно относился к своему имиджу и информации в СМИ. Но не сейчас... Где он и где его «обычная жизнь»? В настоящий момент он сидел поверх распластавшегося во весь рост мужчины и его внимание было сосредоточено только на каршеринговом ниссане, из которого смотрела на него Сима. Она ждала его. Она нервно сжимала руль заведённого автомобиля и не трогалась с места – ждала! Пассажирская дверца так и оставалась гостеприимно распахнута и до неё оставалось метров десять. Ярослав, все ещё упираясь в спину полковника одной рукой, другой закинул назад мокрые волосы, которые лезли в глаза, и скрасил их в красное. Кровь заливалась в рот по верхней губе, приходилось отплёвывать её, она было тошнотворная на вкус. Полковник дёрнулся и стал подтягивать под себя руки, чтобы подняться, и Ярослав наклонился вперёд и уперевшись ладонями в затылок мужчины, жестом врача, совершающего непрямой массаж сердца, зажмурившись, со всей силы впечатал его лицом в асфальт. Вскочил на ноги и рванул к машине. Упал на сидение рядом с Симой, и она тут же дёрнула с места. Дверь пришлось закрывать на ходу.
Ярослав обернулся на сидении и успел увидеть, как люди, наблюдавшие за дракой, бросились к лежачему. Идиоты! Давайте, окажите ему помощь поскорее, чтобы полковник смог бросится в погоню.
Машина уже неслась по шоссе, и дворники колотили, сбивая с окна воду. Он взглянул на Симу. Она смотрела в водяную пелену перед стеклом, по щекам текли слёзы. Он перекинул руку на заднее сидение и порылся, не глядя, в сумке. Выхватил первую попавшуюся футболку и вытер ей подбородок, губы и шею, везде была кровь. Хорошо, что он спокойно относился к её виду, но обилие удивляло. Кое как обтёр руки.
-Должна быть аптечка - почти без эмоций произнесла Сима. И он открыл бардачок и порывистыми движениями стал перекидывать там вещи.
-Где пистолет?
-Он забрал
-И хорошо, чёрт с ним, не плачь, Сима! -напряжённо проговорил Ярослав, не глядя на неё.
-Ты злишься? - всхлипнула она
-Нет. Я ищу аптечку. Всё что происходит, это... за гранью привычного. Это треш какой-то… - он продолжал обшаривать бардачок, -То, чем я теперь занимаюсь...я этого не умею...Да нет тут них*я! - Он с громким треском захлопнул крышку. Сима вздрогнула и покосилась на него. Он зажал нос через футболку и наклонился вперёд, что бы не текло в глотку
-Сейчас, Сим – произнёс гнусаво и глухо, - Я сейчас приду в себя, извини. Он откинулся на спинку, но головы не поднял.
-Не сломан?
Он дёрнул плечом, давая понять, что не знает ответа
-Куда, Яр?
-Да, пофигу...
В тишине они проехали минут двадцать. Он посмотрел на неё уже нормально. Кажется, адреналин стал отпускать его и Ярослав снова возвращался в себя. Потёр под носом и осмотрел палец, кровь остановилась.
-Прости, - устало произнёс он.
Она взглянула на него сквозь слёзы,
-Тебе не за что извиняться. Яр... сядь за руль, пожалуйста... Он кажется мне руку повредил...
Ярослав выпрямился в кресле, а она остановила машину на обочине.
-Ты почему молчишь - то, Сима?! - воскликнул он, - Как?
Она протянула ему левую руку, -
-Ждала, когда ты придёшь в себя. Не руку, я неправильно сказала - пальцы. Не знаю, что там, но они не сгибаются и болят.
Ярослав рассмотрел её кисть. Указательный и средний были припухшими.
-Как это произошло?
-Просто руку схватил и сжимал до хруста, - она помахала кистью, пытаясь охладить её.
-Жаль я этого не знал, когда вдавливал его в асфальт...Давай, пускай меня.
Он обошёл машину и открыл ей. Сима вышла и остановилась.
-Яр, я боюсь... - она прислонилась к нему и обняла за пояс, прижалась щекой к груди, как-то очень по-детски
Он легко погладил её по волосам,
-Хотелось бы тебе ответить «А я – нет», но... придумаем что-нибудь... Я же с тобой
Ему казалось, что не время сейчас обниматься на обочине безлюдного шоссе и он легко попытался отстраниться от неё, но она не отпустила
-Я хочу, что бы ты пообещал...
Он опустил к ней лицо, но она не смотрела,
-Пообещай, что если случится что-нибудь опасное для твоей жизни, и я попрошу оставить меня... То ты это сделаешь...
Он отстранил её и всё-таки заглянул в лицо,
-Ты о чём сейчас? - напряжённо спросил он, - этакая жертва полковнику ради спасения? Сима, вот ты серьёзно?
-Ну, я уже была с ним… и осталась жива, - она улыбнулась дрожащими губами, - я боюсь за тебя. Пожалуйста, обещай...
-Нет, конечно...
И она заплакала. Разрыдалась, как ребёнок, вцепившись обеими руками в пятнистую от крови, кофту на его груди, и уткнувшись лбом в свои скрюченные руки. Он понимал, что это разрядка после стресса, но всё равно от жалости позабыл, все правила и обнял за спину, положив ладони на мокрое платье. Она её туфля оставалась на автомобильном порожке, и она перенесла вес на эту ногу, и сровнявшись с ним ростом обняла за шею и голову. Её слезы были обжигающе горячими в сравнении с каплями дождя. И он перестал думать про возможную погоню и спешку, пытаясь защитить её и дать отдых от постоянного страха. И подумал о том, как своевременно они успели спрятать Васю. Страшно было даже представить, что было бы, останься он с ними. А Сима все равно боялась, и опять не за себя. Но он не был ей ни родственником, ни близким человеком. Или уже был?
А потом он осознал, что она в его объятиях и испытал неуместный прилив счастья, которое, как он уже понял, бывает только здесь и сейчас. И эти объятья нельзя было откладывать на потом, потому что никакого «потом» у них вообще могло не быть. Симе, как и прежде, грозило пожизненное рабство, а вот ему самому… Нет, конечно полковник не пустит ему пулю в лоб из табельного, не так уж он глуп. А вот случись с Ярославом другая напасть, типа неудачного падения головой на камень, или трагической попытки перебежать через ночное шоссе… Вот тут мвдшник точно избежит и суда, и наказания. И вообще узнав Симиного мужа поближе, этот вариант представлялся не таким уж невероятным. Если, конечно, «назойливый пацан» будет продолжать мешать воплощению планов. А Ярослав, как раз планировал мешать. И Симона, как будто прочитала его невесёлые мысли,
-Я умру, если с тобой что-нибудь случится...
О, стоп, Сима! Это прозвучало слишком правдиво и слишком откровенно. И вообще слишком... И в эти слова хотелось поверить. И он осознал, наконец, что его притязания на Симону, оказывается гораздо глобальнее постели. И что навязчивое желание застилало взор и не давало увидеть главного. И он не заметил, как привязался к ней, а может даже влюбился...
-Поехали в Москву? Запрёмся у меня в квартире до твоего суда и выставим охрану – он поцеловал её в шрам на виске, - Ты сможешь чувствовать себя спокойно, потому что я буду рядом 24 часа в сутки.
Сима улыбнулась сквозь слёзы,
-А жена?
-А чего она сделает у нас же охрана… А потом наберём штат юристов и будем судиться за Ваську…
Сима вспомнила другой их разговор и произнесла,
- Это очень долгая история, а ты говорил, что не будешь рядом всегда.
-Я передумал…
«Очень долгая история с Симой» неожиданно вдохновила его...
И она подняла глаза,
-Спасибо, что ты здесь… Не хочу думать, что было бы без тебя, - она отстранилась, - Поехали. Куда скажешь. У меня сил больше нет убегать...
-Правда? Тогда Рязань - Москва?
-Едем.
Они уже снова сидели в машине. Сима настроила печку на максимум, они замерзли на улице в мокрой одежде. Из-за непрекращающегося дождя и тёмного неба, было не понятно который час. Сегодня были сумерки весь день.
-И следующую возьмём на автомате, -злился Ярослав, это не машина, а шаттл какой-то!
-Слева на право: сцепление, тормоз, газ
-Ага, спасибо.
(Конец четвёртой части)
***
Все события и персонажи вымышлены.
©Ярослав Дронов