Я не раз слышал, что материнское проклятие — одно из самых сильных на свете. И убедился в этом, выслушав недавно историю моего соседа по комнате в общаге. Его дядька по молодости — а она пришлась на лихие 90-е — связался с дурной компанией и пошел, что называется, по кривой дорожке. Шальные деньги, хозяева жизни — бритые братки, золотые цепи и бандитский беспредел опьянили буйную головушку 23-летнего парня. Стал он боевиком в местной группе: на его теле не было живого места от порезов и синяков — в то сумасшедшее время вопросы-то решались кулаками, стволами да ножами. Однажды его привезли домой едва живого, затащили в квартиру и, буркнув матери, едва не хлопнувшейся в обморок: «Через полчаса будет доктор», отвалили. Коля хрипел, лежа на диване, на губах его выступила пена, он вцепился правой рукой в плечо, из которого обильно сочилась кровь. Мать, тихо плача, наблюдала, как диван под ним становится багровым. Через 20 минут в квартиру вошел деловитый мужик с чемоданчиком. Это был «штатный» эскулап местной братвы, штопающий клиентов на дому. Потребовав у матери таз кипятка, он выгнал ее прочь и целый час возился с Николаем. Пулевое ранение заживало долго... Но от бандитской жизни парня не отвратило. Он пропадал на несколько дней, иногда недель, а потом возвращался с портфелем денег. Что в это время переживала его мать, я даже представить боюсь...
— Сынок, остепенись, родной! — умоляла его несчастная. — Грехи твои век не отмолить! Бог-то все видит, ведь накажет!
— Слушай, отстань, а? — осекал ее заматеревший Коля. — На-ка вот, припрячь лучше деньги.
— Коленька, откуда эти деньги? Они ж в крови! — вытирала мать слезы. — Невинные же люди умирают!
— Невинных нету! — усмехался сын. — Долги надо вовремя отдавать и не жадничать!
На совести Николая было к тому моменту уже три человека — он сам рассказывал племяннику, вспоминая то лихое время. Мол, молодой был, не ценил жизнь — ни свою, ни чужую... Особенно сожалел он о смерти парнишки лет 18, который, случайно связавшись с бандитами, задолжал
им кучу бабла и был поставлен на счетчик, как у них это называлось. Николая послали разобраться, а парнишка стал артачиться, чего-то ему эмоционально объяснять. Тогда рэкетир схватил парня за горло и хорошенько приложил несколько раз об стену гаража головой. Мальчишка осел и завалился на бок.
«Я просто не рассчитал! — каялся потом Николай. — Не хотел я его смерти!»
На шум из дома выбежала испуганная мать парнишки и сразу кинулась к лежащему на земле сыну. Из рассеченной головы его вытекала темно-бурая кровь.
— Темушка, сынок! Открой глаза, милый! Темушка! — Парень не реагировал, глаза его уже остекленели, а женщина все трясла и трясла бездыханное тело. — Ахты, сволочь! Тварь! Душегуб! — кинулась на бандита обезумевшая от горя мать. — Будь ты проклят, мразь! Будь проклят ты и твои дети!
Колян бросился за калитку. Нет, он не боялся милиции — они черпали с ним из одной кормушки и не боялся проклятий — уж столько он слышал их в своей жизни! Но что-то было в этой тетке пугающее. «Я тогда с мокрухой завязал! — рассказывал он племяшу. — Да и вообще скоро отошел от дел. Благо повод был — подстрелили меня сильно: год с кровати не вставал»
Потом время поменялось: бандиты обзаводились бизнесом и становились почтенными членами общества. Жертвовали на храмы и участвовали в выборах... На улицах стало спокойнее. Остепенился и Николай. Он открыл автосервис, женился на красавице соседке Лиле, которая стала прекрасной матерью.
Он не любил свою жену, зато не чаял души в детях. А их к середине нулевых у него оказалось уже трое, четвертый был на подходе. Лилька сидела дома, занималась хозяйством и детьми, а Коля пропадал на работе — бизнес его расширялся, хлопот становилось больше... Да и посложнее это дело было, чем выбивание долгов. «Часто во сне я видел ту тетку, рыдавшую над телом сына! И прямо меня скручивало: а если с кем-то из моих пацанов так?!» — откровенничал Николай с братом и подросшим племянником.
Первый удар судьба нанесла ему в 2006-м: забрала старшего сына. Его сбила машина прямо во дворе. Второй сын погиб в 14 лет — на чужом мопеде въехал в КамАЗ. Николай тогда едва не рехнулся. Все повторял: «Это она, она! Ее проклятие!» Он не вылезал из церквей, на коленях
вымаливая прощение за совершенные грехи. Третий ребенок его умер от передозировки в прошлом году. Жена едва не покончила с собой. Остался у Николая один — младший, инвалид. Он родился, как теперь говорят, особенным. Может, потому и пощадили его Высшие силы...
А как Вы думаете, сработало ли проклятие?
Не забывайте нажать "палец вверх" под историей!)