У древних римлян было немного информации о гуннах. В IV веке н.э., когда они впервые столкнулись с этим народом, римский историк Аммиан Марцеллин описывал их следующим образом: "Племя гуннов живет за Меотийским болотом в направлении Ледовитого океана и превосходит в своей дикости любую меру. У них крепкие и мускулистые тела, толстые шеи, их внешность ужасна и страшна настолько, что можно принять их за двуногих зверей или грубых, необразованных людей, похожих на диких существ, которых ставят на краях мостов. Ни один из них не занимается земледелием и никогда не работал на поле."
Они живут без постоянного места жительства, без дома и без привязки к закону или устойчивому образу жизни, постоянно странствуя как вечные беглецы. Их жизнь проходит в кибитках, которые служат им жилищем; там жены ткут им небрежные одежды, они вступают в брак, рождают детей и воспитывают их до взрослости. Ни один из них не может ответить на вопрос, где он родился: зачат в одном месте, рожден в другом и вырос еще дальше. В период мира они предательски изменчивы, неустойчивы, легко поддаются мельчайшему предлогу для новых надежд, полагаясь исключительно на свою дикую ярость. Подобно лишенным разума животным, они находятся в полном неведении о том, что считается честным или нечестным, они ненадежны в своих словах и мрачны, не проявляя уважения ни к какой религии или суеверию. Они горят неистовой страстью к золоту и настолько переменчивы и вспыльчивы, что порой в тот же день отступают от своих союзников.
Чспустя несколько десятилетий стало ясно, что гунны не были столь дикими, как ими изначально считали. Более того, некоторые из этих кочевников были наняты в римскую армию, и в результате у Рима появился гуннский конный корпус. В этом корпусе служил молодой гунн по имени Аттила. Длительность его службы точно неизвестна. Однако в какой-то момент этому юному воину наскучило сражаться на стороне Рима, и он решил вернуться к своему народу. Благодаря своему высокому происхождению, он смог стать одним из вождей, а затем единовластным правителем всех гуннов. Именно под его руководством гунны объединили варварские племена в кочевую империю. В течение следующих двадцати лет гунны вели войны, главным образом с римлянами. Они требовали огромные дани от Восточной Римской империи, но западные земли подвергались разорительным набегам.
Аттила правил гуннами в течение всех этих двадцати лет. Он активно участвовал в сражениях, но смерть его настала не на поле битвы. Единственное историческое свидетельство об обстоятельствах смерти Аттилы сохранилось в записях Приска, римского посланника при дворе гуннского вождя. К сожалению, до нас дошло только пересказанное событие из готской хроники VI века н.э., автором которой был Иордан. По его свидетельству, Приск описал смерть Аттилы следующим образом: "После бесчисленных жен, как принято в его народе, Аттила взял себе в жены девушку невероятной красоты по имени Ильдико. На свадьбе, ослабевший от ее великолепия, а также от вина и усталости, он лежал, окруженный кровью, которая обычно текла из его ноздрей, но теперь она была задержана, проходя через горло и задушила его, превратившись в смертоносный поток".
Согласно мнению современных историков, Ильдико, жена Аттилы, была немецкой принцессой по имени Хильдегунда. Возможно, она была подарком от одного из вассалов Аттилы. Естественно, она стала основной подозреваемой в смерти вождя. Однако нет никаких доказательств того, что сами гунны считали ее виновной. Британский ученый Джон Мэн предположил следующую теорию: "Гунны были известны своим пьянством, и не только употребляли свое собственное ячменное пиво, но также пили вино, которое привозилось из Западной Римской империи и Византии. В течение 20 лет правления вождь гуннов употреблял алкоголь, и, вероятно, в значительных количествах".
Алкоголизм может привести к развитию варикозного расширения вен в пищеводе. В результате этого, расширенные вены со слабыми стенками могут внезапно лопнуть, вызывая сильное кровотечение. Если человек находится в состоянии сильного опьянения и лежит на спине без сознания, кровь может попасть в легкие. Если бы Аттила не был в состоянии сна или был трезв, он, вероятно, бы встал с кровати и остался бы живым. Вероятно, комбинация опьянения, повышенного давления и слабых вен в горле привела к его гибели.