Ильф и Петров писали не только о великом комбинаторе Остапе Бендере. У них есть еще повесть «Светлая личность». Они дважды проехали их конца в конец по Соединенным Штатам и это вылилось в целый цикл очерков, которые вышли отдельной книгой – «Одноэтажная Америка». Авторы описали то, что им понравилось в Америке и то, что не понравилось. Забавный факт, их красочное описание «помидорного сока» увеличило популярность томатного сока, производство которого как раз налаживалось в те годы в СССР.
А еще они побывали в 1933 году в Италии. Конечно же, советских писателей, оказавшихся на родине фашизма в период его расцвета, очень интересовали причины, по которым он зародился. Они попытались изложить свое видение в очерке под названием «Гослото». Вот как все происходило, на их взгляд:
«Жизнь этих людей сера, как солдатское сукно. Утром - "кафе-лате" - кофе с молоком, вернее молоко с кофе, светленькая бурда, которую итальянцы, набросав предварительно хлебных кусочков, хлебают ложкой. Потом - лавка. С двенадцати до двух Италии не существует. Закрыто все: банки, церкви, музеи, полиция, почта. Обыватель обедает… После обеда - лавка, в сумерки - лавка и вечером - лавка.
Но обыватель скуки не чувствует.
Его убедили, и убедили самым серьезным образом, что он, итальянский обыватель, не кто иной, как древний римлянин, и что французские и немецкие обыватели не стоят его подметки.»
Как же так вышло? Да потому что: «Муссолини сыграл на самой чувствительной и уязвимой струнке нехитрого инструмента, именуемого обывателем - на тщеславии».
Тому, чья жизнь уныла, беспросветна, да и лишена созидания и перспектив, очень не хочется чувствовать себя неудачником, зря профукавшим жизнь.
«Вообразите себе пожилого, скучного, как кисель, рыхлого человека. Жизнь почти прошла. В висках седина. Под глазами мешки. Дети ходят в школу. Некрасивая, толстоногая жена не вылазит из церкви и аккуратно каждый год рожает по ребенку. Лавка приносит умеренный доход. Дни похожи один на другой, как свечи.
А между тем где-то когда-то была совсем, совсем другая жизнь…
И вдруг серая жизнь итальянского обывателя резко изменилась. Появился человек, который сказал:
- Обыватель! Ты вовсе не сер и не туп. Это все выдумали твои исконные враги - англичане, французы, немцы, австрийцы, турки и сербы.»
Да это же счастье, найти того, кто виноват в твоих невзгодах! Это не ты виноват в том, сделал мало в своей жизни или ничего не сделал вовсе, это все они виноваты в том, что за это же время, в том же мире сделали гораздо больше! А ты ведь не кто-нибудь, ты потомок великих! И все окружающие обязаны преклоняться перед тобой только на том основании, что дела твоих предков славнее, чем дела предков их. Тебе ничего не нужно делать, чтобы доказать свое превосходство, оно принимается по умолчанию. А тот, кто с этим не согласен – враг.
Ему сказали: «- Обыватель! Ты велик! Ты гениален! Ты сидишь в своей боттилерии, траттории или сартории, толстеешь, плодишь себе подобных, и никто даже не подозревает, какой номер в мировом масштабе ты вдруг можешь выкинуть!» и он сам поверил в свою избранность. «Разговаривая о войне с Германией, итальянский обыватель объясняет победу союзников исключительно силою итальянского оружия. При этом снисходительно добавляет:
- Французы нам немного помогли. Надо же, черт возьми, быть справедливым!»
Он уверен, что все победы в мире одержаны его племенем, да что там, им самим!
И за это свалившееся с неба счастье удовлетворенной гордыни он благодарен вождю! Вождь – единственная личность, которая достойна преклонения и уважения. Он подарил нам национальное самоуважение, он объяснил нам, что все окружающие и мизинца нашего не стоят, что наша жизнь – прекрасна и другой нам и не надо. «В соответствии с этим итальянский лавочник старается вести себя так, как, по его понятиям, вели себя Марк-Антоний, Виргилий или Петроний в кинофильме итальянской стряпни "Кво-вадис". Здоровается обыватель, вытянув правую руку под углом в сорок пять градусов и повернувшись в профиль. Вывешивает на самом видном месте портрет Муссолини в венке, с латинской подписью - dux, или в виде Наполеона, в треуголке и со скрещенными на груди руками. На лацкане пиджака обыватель носит эмалированный ликторскии значок с позолоченными пучком розог и топориком - эмблемою фашизма.»
Фашизм – от слова «фашио», пучок. Обыватели терпеть не могут индивидуальности, они хотят быть прутьями в пучке, одинаковыми, ровно подстриженными. А будет ли этот пучок использоваться, как веник, или как розги, и что он будет мести – решать не отдельному прутику, а тому, кто их всех в этот пучок связал. И обыватели рады такому раскладу. Вот так и рождается фашизм…
Что вы думаете по этому поводу? Пишите, обсудим. Как всегда, простые правила канала: обсуждаем тему, а не друг друга. И не хамим.
Мир вашему дому!
Мой запасной канал (про историю изобретений)
https://dzen.ru/id/5fd19f5784ed1f44585c7f02
Мой телеграм-канал: https://t.me/nehotsunazad