В недавнем посте, в коем мы обозначили некие наброски «кино-нумерологии» мы вспоминали фильм «Седьмой» (2015), однако забыли указать: подразумевали либо оригинальную, то есть немецкую, либо же вышедшую в тот же самый год «голливудскую» версию.
По большому счету обе обладают изрядным запасом бессмысленности, только в германском варианте в метро нет темнокожих полицейских, да вопросов возникает много больше, ибо у Германии, точнее говоря, её восточной части было ГДРовское прошлое.
И это не просто так ремарка, так как в ГДР, даже в большей степени, чем в СССР были озадачены проблемой «нового человека» (вспоминайте аллюзии к этой теме из клипа культовой группы «Лайбах» «Whistleblowers»).
Кроме того, есть обоснованное подозрение, что всевозможные «Дивергенты» и прочие «Хогвартсы» - это лишь отголоском существовавшей в Третьем рейхе параллельной системы образования НАПОЛАС (вспоминайте ленту «Академия смерти»), в которой учащимся даже дозволялось читать классиков марксизма и прочих мыслителей, чьи книги публично сжигали летом 1933 года.
Одним словом фильм «Седьмой» (в некоторых переводах «Седьмой номер») начинался очень перспективно. В духе классического нуара юноша обнаруживал себя в вагоне метро и ровным счетом ничего не помнил, равно как не мог постигнуть, зачем его хотела арестовать полиция. Собственно типовая для криминальных драм ситуация, только в подростковом изложении.
В качестве закадрового голоса, открывающего тайну всеобщего уголовного бардака в округе, является обнаруженный дневник, в коем изложена история юноши. В известной степени уголовная, так как его арестовали по обвинению в хакерстве.
Однако вместо того, чтобы направить в места заключения, препроводили в странное заведение, где подросткам давали необычные навыки. Не знаю, какой уж там хакер был из «номера седьмого», но житейской сообразительностью он явно не блистал, поскольку никак не мог заподозрить, что из них готовили новых «докторов Мабузе», то есть «злых гениев».
Собственно именно быт и поведение отдельных персонажей в «криминальной академии» заставляют усомниться в их талантах, а создателям сценария отказывают в наличии жизненного опыта. Взять хотя бы хождение героя во время построения с целью задать изумленные вопросы. И ни у кого из «надзирателей» это не вызывает никаких вопросов.
Ни тебе «вольно», ни «разрешите обратиться». Планами побега делятся у всех на виду в полный голос. Дневник ведется открыто, хотя сотовые, например, запрещены. Во время онлайн-беседы в с тетушкой столь же открытым текстом говорится, мол, я тебе пришлю флэшку с секретными данными, отнеси её в полицию (фейспалм в степени фейспалма).
А потом на лице играет дикое изумление: как это о наших благородным планах узнали? Кто посмел проболтаться? Страшно подумать, что было бы предложено, если бы сюжет был приправлен эксплойтативными моментами. Мы наказываем тебя лишением утреннего йогурта?