Отрывок из чужой родословной книги.
Я росла в городке Д., в частном доме родителей. Дом был небольшой, типичный для той местности. Он состоял из двух комнат и веранды, отапливался дровами. На улице, как во многих местах на юге, была расположена летняя кухня.
Папа, Пётр Яковлевич, на этой летней кухне сам сложил русскую печь. Он вообще был очень умелым человеком. Например, он мог работать как столяр и сам изготавливал рамы для веранды. У него для этого был верстак и все необходимые инструменты. В печи, сложенной отцом, мама пекла вкусный домашний хлеб и сушила фрукты. Интересно, что всем своим ремёслам отец нигде специально не обучался. Он рос в сложные для страны годы и его учила сама жизнь.
Папа родился в 1909 году в деревне Немятово Рязанской губернии. В семилетнем возрасте, в разгар Первой мировой войны он остался без отца. Его мать, Степанида Абрамовна, осталась вдовой с четырьмя детьми. Кроме него, в семье были сёстры Мария, Вера и брат Василий. Бедная мать выбивалась из сил, чтобы прокормить четверых детей. Видимо, юный Пётр остро осознавал это. Но в то же время, у него самого не было возможности получить хоть какой-то заработок на родине. И вот однажды папа ушёл оттуда, из Мещёры. Ему было лет в пятнадцать. И он бежал из дома, бежал от бедности и голода. Ему захотелось другой, новой жизни.
Возможно, он начитался книг и его поманило на юг, к морю. В те годы, в середине 1920-х годов, было ещё много совсем юных сирот-беспризорников, и пятнадцатилетний путешественник или подросток-бродяга не вызывал ни у кого особенных вопросов. Не известно точно, как именно он добирался на юг. Возможно, часть пути он прошёл пешком или трясся в крестьянской телеге, сидя рядом с каким-нибудь добрым попутчиком. Вероятно, порой он цеплялся за последний вагон уходящего поезда и под гудки паровоза летел навстречу своей судьбе и новой, лучшей жизни.
Таким образом он добрался до Колхиды. Здесь, в Грузии, он нанимался на подённые работы, батрачил, зарабатывал себе на жизнь, как мог. Порой с ним расплачивались просто едой. Однажды один хозяин рассчитался с юным работником мешком грецких орехов. А потом сам же, подобно жадному попу из «Сказки о попе и работнике его Балде» пытался перехитрить и обмануть своего работника и в конце концов украл у Петра эти же орехи…
В это время мать Петра, Степанида, не знала даже, жив ли её сын. Как рассказывают, в местной церкви, роняя слёзы, она ставила свечи за упокой его души.
А любознательный Пётр прибился к геологоразведочной партии по добыче золота. В Грузии в те годы действовала организация Груззолото. Он работал с ними в Гаграх и в других местах, где проходила геологоразведка. Учился на ходу и перенимал опыт на практике, как говорится, находясь «в полях». Вернее, конечно, в горах.
Там же, в Колхиде, Пётр заболел малярией. Позднее эта болезнь много лет напоминала о себе, даже тогда, когда у Петра появилась семья и дети. Позднее, правда, приступы отступили...