Касма-катау – древнее городище Данкова
В 20 веке грейдерная грунтовая дорога выходила из Лебедяни, проскакивала по западной околице села Перехваль и по каменному мосту на речке Перехвалке через Павловку уходила на север в сторону Полибино. Дорога есть на старых картах, её помнят старожилы. Столповая дорога срезала речные петли, сторонилась неудобий, поэтому не всегда плотно прижималась к Дону, а устьевую трясину Вязовки-Вязовни обходила с запада от Данкова, в точке современной Барановки. По преданию, на живописном берегу Вязовки паслось стадо каменных валунов-баранов, которых пустили на мельничные жернова, а меткое название осталось. Центральная улица Барановки спускается к реке по старому маршруту. За важной дорогой и бродом с высокого холма присматривала 13-я сторожа. На этом броде Столповая дорога пересекалась с Дрысинской. Потом Столповая вспоминала свою миссию и по правому берегу Дона убегала в Долгое, а Дрысинская пересекала Дон в северной части Данкова и уходила в сторону Рязани. Их древние трассы заметны даже на современной карте.
Начало смотрите "Раздел 2. Древние дороги Верхнего Подонья. Донской водный путь и Столповая дорога. Часть 1" https://dzen.ru/a/aTV7-7tzKFXfE5oM
Крепость, стоявшую во время Куликовской битвы на месте нового Данкова, татары называли Касма-катау (46). «Катау» переводится с татарского, как крепость, а «касма», как памятник, скульптура, установленная на месте погребения, в переводе с чувашского. Получается, Касма-катау – крепость на Балской-Столповой дороге, опять на дороге памятников.
В языке коми-кыв «косма» означает жилое место в еловом лесу – край обитания. Где «кос» – ель, а «ма» – земля или место, где кто-то живёт. Еловый отзвук названия сохранился в древней фамилии коренных жителей – Космаковых, в составе которых родилась моя бабушка Софья Евдокимовна.
Имеется более точное слово «касма», где «кас» означает призрак, дух, привидение, а «ма» – как и в прежнем варианте – «место». Здесь уже, несомненно, речь идёт о крепости Касма-катау, стоящей на той же Балской дороге, пролегающей по местам обитания мистических персонажей в Чуровом крае, наяву украшенной их каменными идолами.
Русское название крепости до нас не дошло, а её место в документах по основанию нового Данкова значится просто городищем. В пару Духову монастырю, древнейшее поселение могли называть «город Духов».
Многие гидронимы и топонимы Русской равнины соответствуют терминам языка коми-кыв. Уместна благодарность Александру Леонидовичу Усу, капитану милиции, носителю древнего языка своих предков, за такую точную информацию.
По мнению Н.А. Тропина, Вязовенское городище – городище древнерусского времени, второй половины XII – первой половины XIII веков, прекратило существование после разорения кочевниками [39].
Броды в устье Красивой Мечи
Чтобы проследовать с Красного холма в сторону Лебедяни, надо переправиться через Мечу. Первый брод – Чуров, находится в Удриках у подножия Каменного Коня в километре от устья. Вплоть до 20 века полевая дорога пролегала от Чурова брода на восток, в сторону современного низководного Волотовского моста. Второй брод связывал деревню Красивая Меча и Иншаковку по Столповой дороге, на триста метров выше первого. В этом месте дно вымощено каменным плитняком, поэтому переправу можно называть Столповой гатью. Каждую весну с Кураповских порогов на переправу обрушивались ледоходы, и к концу 20-го века разворотили подводную мостовую. Хорошо виден речной перекат со вздыбленными каменьями. От гати имелся отлогий и затяжной подъём на Красный холм, и в этом варианте проходивший возле Каменного Коня.
Кто и зачем устроил гать в Иншаковке? Самым известным деятелем в истории этих мест был Пальчиков Филипп Петрович, соратник Петра, кораблестроитель. Выстелить мелкое русло реки не сложно. Брод соединял земли поместья, расположенные на разных берегах Мечи, а дорога вела к слободе Романов Рог, на верфях которой строились малые вспомогательные суда.
Помню сетку просёлков середины 20-го века и смогу показать участок древней Столповой дороги от Мечи до Лебедяни. Последний дом деревни Красивая Меча, стоявший на её северном конце, отделялся от других откопом. Откоп срезàл крутой подъём от переправы на Косогор, и сохранился до нашего времени \26/. По нему путники поднимались от гати и сквозь Тютчевский лес уходили на Лебедянь. С юго-западной опушки ещё прослеживается не совсем заросший маршрут внутри леса, по выезде из которого, проскакивали между Волотово и клочком Монастырского леса, перерезая по диагоналям все современные квадраты полей, и въезжали в Лебедянь через Пушкарскую слободу. Эта дорога вела к Лебедяни по самой короткой линии, срезала донскую петлю и показана на старой карте от 1790 года \9/. Дорога резала поля на лоскутки, поэтому её распахали. В 2016-м запахали последний участок, который входил в слободу с Троекуровской трассы. В народе её называли просто – «городская дорога».
Картографы ошибочно назвали весь Тютчевский лес Монастырским. Троицкому монастырю принадлежала его северо-восточная часть. В настоящее время от этого владения уцелела маленькая роща в овраге. Старая дорога пролегала между этой рощей и селом Волотово.
В наше время уцелел отрезок дороги в южном направлении. Полевая дорога проходит вдоль правого берега оврага Лоск, аккурат мимо половецкой побирушки – мимо Золотой Бабы, которая у вятичей играла роль священной Макоши. На отрезке Меча – Лоск дорогу перебили квадраты современных полей, потом перерезала железная дорога, а после Нижнего Брусланова на ней вырыли огромный котлован Рождественского каменного карьера.
Тютчевский мост впервые показан на межевом атласе Тамбовской губернии 1848 года \27/. После его постройки, броды ещё долго служили местным жителям самой короткой конной переправой. Мост обветшал и разрушился в 1963-м. Житель Иншаковки Пилюгин Николай Михайлович (1950 г. р.), в детском возрасте ездил с отцом через Столповую гать в Лебедянь. Вода не доставала до поклажи на телеге. В середине 20 века каменный настил гати был ровным – его регулярно поправляли местные колхозники. С уходом лошадей дорогу и брод забросили и забыли. По дну реки глубиной до 0,8 метра ездить на автомобилях невозможно и трудно подниматься по грязным крутым берегам. Капитальный мост через Красивую Мечу построили в Троекурово. В 1962 году через этот мост прошло асфальтированное шоссе от Лебедяни на Красное, Становое и Елец. По нему же стали ездить в Иншаковку и Тютчево.
На атласе 1848 года показана полевая дорога от Чурова брода к Верхнему Брусланову, с подъёмом мимо Каменного Коня, а потом на Красное. Эта связка соединяла Столповую и Дрысинскую дороги. Она же через Волотовский брод уходила за Дон на восток, перерезая устьевую зону. Большие реки разумно переезжали по одной. Полевую дорогу запахали в 1970-е годы.
Войны и походы
Донской водный путь использовал царь Алексей Михайлович. По его приказу к весне 1660 года в слободе Романов Рог Лебедянского уезда и в тамбовском селе Тарбеево построили 500 стругов. Они в 1662 году совершили по Дону неудачный крымский поход. Потом судостроение в крае то затухало, то возобновлялось. Петр I вспомнил дело своего отца, и организовал новый поход на Азов. В этот же период проложили более короткий сухопутный маршрут мимо Скопина, потом через Рясное поле и Раненбург на Липецк и Воронеж.
В летописи от 1558 года рассказывается о приходе татарского отряда от Донца вдоль правого берега Дона до Мечи, на которой взяли в полон пятерых рыбаков Рязанской украины:
«И приказывал Крымской царь сыну своему и всем с ним князем и мурзам, итти им велел, таяся от станичников и от сторожей. И Донец перевезлися ниско, да к Дону пришли, да шли Доном вверх и прити было царевичю на Рязань, а Магмет улану на Тулу, а Нагайским мурзам и Ширинским князем на Коширу, и воевати розделяся. И как пришли на речку на Мечю за два днища до украины, и тут взяли рыболовей пяти человек» (47).
Забегая вперёд, скажу: по этой же дороге от Алмыша (Донецка) к устью Мечи поднялся царь Мамай.
По древнейшим дорогам Верхнего Подонья совершали походы Владимир Мономах в 1111 году и его сын Ярополк в 1116-м.
Лаврентьевская летопись рассказывает:
«Ярополк ходил в половецкую землю к реке, называемой Дон, и там взял в полон многий и три города половецких: Галич, Чешуев и Сугров» (48).
Краевед И.Ф. Малюков в книге «Страницы истории Данковского краеведения» [42], ссылаясь на мнение историков, предлагает под Сугров отнести современное село Сугробы, под Чешуев – Тешев, или современный Задонск, под Галич – поселение Галичья Гора. Сомнение вызывает последнее, возникшее на правом берегу Дона не ранее 17 века, очевидно, получившее название от одноимённого соседнего топонима.
В точке под Галичьими Горами стояла 5-я сторожа, которая патрулировала участок «направо вверх по Дону до усть Сосны Быстрые на двенадцать вёрст, а налево до усть Липовиц на десять вёрст» (49), а берегла она брод на Дону и дорогу, по которой пролегает современная трасса Липецк – Елец. Очевидно, сторожа стояла на месте современного села Донское, в которое полностью сходятся ориентиры и расстояния: направо, до устья Сосны – 19,2 км, а налево, до речки Липовицы 16 км.
Половецкий город Галич стоял на левом берегу Дона. Обязательно, на левом! И соседние горы стали «Галичьими» от его имени. Место для сторожи выбрано неслучайно – в точке древнего городища. Смотрели патрульные с левого берега в сторону реки, не нарушая общего принципа ориентировки, удачно продолжая линию сторож с левого берега Быстрой Сосны на левый берег Дона. Проскочила ещё одна «сторожевая» ошибка Загоровского – под 5-ю сторожу \13/. Правый берег Дона здесь неуместен, и перепутано право-лево. Проверьте…
Земли Киевского княжества простирались до донских берегов с первого тысячелетия. Половецкие города могли стоять только за Доном, поэтому правильно показаны места Сугрова и Чешуева. Ситуация в регионе менялась с переменным успехом, но такого принципа раздела придерживались до момента падения татаро-монгольского ига.
Локализация Сугрова требует уточнения. Село Сугробы устроилось на низком левом берегу Дона, а соседнее Новоникольское опоясано донской петлёй, и выставилось на холме, который идеально подходит для устройства крепости. В первом тысячелетии Столповую дорогу топтали скифы, и на берегах Вислой балки оставили курганы. Балка вливается в Дон напротив Новоникольского.
Кочевники с глубокой древности освоили Верхнее Подонье и разведали броды, и Волотову Могилу отметили каменными бабами-столпами совсем не случайно. В какое-то время на важных дорогах стали ставить верстовые каменные столбы, а дороги называть «столбовыми».
Продолжение следует в статье "Турмышская дорога на Старый Данков" https://dzen.ru/a/ZKTszHc4WwpwRfUa
Николай СКУРАТОВ. Последняя правка в декабре 2025 года.