Всем привет.
46 Глава "Обречённые"
Желаю приятного чтения!
18+
— А помнишь, как ты мне пел? У тебя был потрясающий голос.
— Я помню, как пела ты, и это было ужасно, — Ник тепло смотрел на Сашу.
В носу щекотало, и она всеми силами старалась сдержать слёзы.
— Да… мне всё так же плохо без тебя.
— Я знаю, детка. Я знаю.
— Ник, ты ведь приснишься мне завтра?
— Конечно. Я буду сниться тебе, пока ты этого хочешь, — грустная улыбка тронула губы Никиты.
— Я всё ещё люблю тебя.
— А как же Дэн?
— Он понимает. Мне хорошо с ним, и я его люблю, но ты… я всё ещё люблю тебя.
***
— Помнишь, как нам было хорошо вместе? Когда мы были вдвоём, весь мир словно переставал существовать. Проходят месяцы, а за ними и годы, но я всё ещё люблю тебя.
— Ты должна попытаться забыть меня, детка. Отпусти меня.
— Никогда! — Саша закрыла глаза, — Зачем ты это говоришь?
— Я хочу, чтобы ты была счастлива.
— Этого никогда не будет.
— Но Дэн…
— Он смирился. Ты приснишься мне завтра?
— Как и всегда, детка.
***
— Ты хочешь, чтобы я сняла кольцо. Я не могу.
— Прошло три года, Саша, пора. Каждый день я с тобой, но я мёртв, а Денис жив. Сними его.
— Нет.
— Будь умницей, Денис заслужил это.
— Но тогда…
— Ты знаешь, что так будет правильно.
— Ник, но я всё ещё люблю тебя!
— Не обижай его. Он жив, а я нет. Ради Дэна, сделай это.
Саша покрутила кольцо на пальце.
— Ты приснишься мне завтра?
— Да.
***
— Умница. Я горжусь тобой.
— Я предала тебя! Предала память о тебе!
— Не правда, и не плачь. Ты же знаешь, я всегда рядом. Я хочу, чтобы ты была счастлива.
— У меня ещё есть куриный бог.
— Я знаю.
— Я никогда не снимаю его.
— Я знаю, детка.
—Я повесила кольцо на одну с ним веревочку. Я сняла кольцо, но я не могу с ним расстаться.
— Придёт время, и ты сможешь сделать это.
— Я люблю тебя, Ник.
— Я тоже тебя люблю, детка.
Саша протянула руку, чтобы дотронуться пальцами до его щетины, ощутить приятное покалывание на подушечках пальцев, но Ник исчез. Как всегда он исчез.
***
— Я люблю тебя больше всех на свете, Саша, и я хочу, чтобы ты была счастлива. Пожалуйста, детка, пора вернуться к настоящей жизни. Ты можешь и дальше видеть меня, но это всё иллюзия. А Дэн— реален, и он всё ещё рядом. Он никогда не бросит тебя, и сделает всё, чтобы ты была счастлива. Не мучай его. Он тоже заслужил счастье, и ты сможешь ему это дать.
— Я знаю, Ник, я понимаю, что это всё— плод моего больного воображения, но у меня просто нет сил бороться.
— Ты должна. Ради себя, ради Дэна, пора вернуться в реальность.
— О, Ник, в реальности я снова буду страдать.
***
— И давно она такая?
Дэн поднял слезящиеся от недосыпа глаза на собеседника.
Мужчина средних лет, с едва наметившейся лысиной, сидевший напротив него, являлся бессменным главой ростовской группы выживших.
Он нравился Денису. За неделю, что они были знакомы, Дэн проникся к нему искренней симпатией. Кое какими чертами характера, Дима напоминал Никиту.
Кивнув в ответ, Денис закрыл глаза, пытаясь собраться с мыслями. Мужчина терпеливо ждал подробностей, глядя на Сашу, которая разговаривала с воображаемым собеседником, сидя в кресле, напротив него.
— Больше трёх лет, — с горечью ответил Денис.
— И ты всё это время с ней один?
— Иногда, она приходит в себя, но в последнее время это бывает редко.
Дэн облизал пересохшие губы. Откинувшись на спинку кресла, он думал, что наконец-то он не один наедине со своим горем.
— Расскажи, — попросил мужчина.
Дэн взял со стола самокрутку, пододвинул поближе пепельницу, но не закурил.
— Они…— он наклонил голову к плечу и грустно улыбнулся, —они были созданы друг для друга.
Несколько часов Денис рассказывал историю Саши и Никиты, прерываясь лишь для того, чтобы прикурить очередную самодельную сигарету. Настоящие, он экономил для Саши, а сам давно довольствовался обычным табаком.
Он рассказывал всё без утайки, с каждым часом испытывая всё большее облегчение. Ему давно было необходимо выговориться, а Дима был благодарным слушателем. В какой-то момент, [Дэн не заметил, когда] Саша тоже начала вслушиваться в его рассказ, оставив воображаемого собеседника.
— Первый год она молчала. Мне было очень тяжело, но всё же это было лучше, чем потом. Она стала такой после второй неудачной попытки самоубийства. Сначала мне казалось, что она пришла в себя. Мы… я верил, что всё постепенно наладится, что она научится с этим жить. Она даже сняла кольцо. Я чувствовал, что она всё ещё горюет по Нику, но она сделала это ради меня, и мы пытались жить дальше, и у нас это даже получалось. Я окружил её заботой и любовью, она отвечала мне тем же. Мы спали в одной постели, занимались сексом, —Денис замолчал, спрятал лицо в ладонях и какое-то время сидел, пытаясь сдержать слёзы, подступившие к глазам, —я не могу сказать, что всё было нормально. Всё это время образ моего друга витал над нами, но Саша была в порядке, она делала всё, чтобы я чувствовал себя нужным и любимым. А потом всё рухнуло. Не знаю, почему. Ничего не предвещало беды, всё было как всегда. Просто в один день, она проснулась и назвала меня Ником. Она смотрела на меня, целовала меня, но видела перед собой Никиту. Тот день был ужасен. Как и все следующие.
Денис не смог сдержаться. Слёзы потекли по щекам.
— Ник, а почему Денчик плачет? — спросила Саша, глядя в пустоту, — ведь всё хорошо.
— Ты права, Саша, всё хорошо, — сквозь слёзы ответил Дэн. Саша доверчиво посмотрела на него, и увидев улыбку, которую выдавил из себя Денис, отвернулась от мужчин, больше не интересуясь их разговором.
— Как ты со всем этим справляешься? —спросил ростовчанин.
Дэн пожал плечами. Немного погодя, когда слёзы высохли в его глазах, он ответил:
— Иногда, она словно просыпается. Это бывает редко, несколько раз в году, но в это время я чувствую, что она со мной, что она любит меня. Только ради этих нескольких недель я и живу. Всё остальное время она такая. Последний приступ длится уже четыре месяца, и я держусь только на мысли, что скоро, она придёт в себя. Проснётся, откроет глаза, посмотрит на меня и скажет:
«Доброе утро, Дэнчик. Я так тебя люблю»
Обнимет, поцелует, и несколько дней, а если повезёт, то недель, всё будет хорошо. Мы будем любить друг друга. Ведь она действительно любит меня, я это чувствую, когда она приходит в себя. Она не будет вспоминать ни о чём, будет просто моей Сашей. И пусть это продлится совсем недолго. Но это придаст мне силы, снова ждать. Ждать, пока она снова придёт в себя после очередного длительного помутнения рассудка.
Дэн замолчал, наблюдая за Сашей, которая сидела в кресле, и на коленке рисовала очередной портрет Ника. За три года она нарисовала больше тысячи рисунков, которые Денис складывал в шкаф.
Дима тоже смотрел на неё.
Ему было жаль эту худенькую, бледную, красивую женщину. Она и Денис нравились ему, и он искренне хотел хоть чем-то им помочь, но не представлял, чем. Всё, что он услышал, повергло его в шок.
— И всё это время вы били одни?
— Я всегда рядом с ней. Кот редко остаётся надолго, всё время в разъездах. Он добывает нам еду и прочее необходимое для жизни.
— Кот — отличный мужик, он нравится мне.
Денис устал от этого разговора, но Дима был полон любопытства. До Ростова редко доходили слухи с побережья, но и там были наслышаны про Никиту, Дэна и Сашу. А теперь, когда он сам лично познакомился с ними, ему не терпелось узнать, что из безумных историй, которые он слышал, правда, а что ложь.
— Как идёт восстановление «Приморья»? — поинтересовался Дэн, меняя тему разговора.
— Почти всё готово. Электричество уже не восстановить. Слишком много нужно топлива, чтобы поддерживать генераторы в рабочем состоянии, но мы нашли выход. С водой сложнее, но мои ребята занимаются этим вопросом. Я вот что подумал. Перебирайтесь к нам, возможно общение с новыми людьми поможет Саше.
Денис покачал головой.
— Она никуда не уйдет из этого дома. Тем более, она не вернётся в «Приморье». Там похоронены её дети.
— А здесь похоронен Ник.
— Это совсем другое.
Глава Ростовского поселения пожал плечами.
— Я не настаиваю, просто имей ввиду, что в «Приморье» вам всегда будут рады.
— Спасибо.
— Нравится? — Саша протянула гостю законченный рисунок, заглядывая ему в глаза, и как маленький ребёнок, ожидая похвалы. Мужчина принял листок из её рук.
— Да, очень хорошо нарисовано, — подняв голову на Дэна, Дима спросил, — Она рисовала тебя?
Дэн выдавил улыбку.
— Нет, это Ник. Мы были похожи.
— Словно братья.
— Мы и были как братья.
Мужчина протянул рисунок обратно Саше.
— Погода портится. Мне пора. Приятно было с вами пообщаться. Моё приглашение в силе, жду вас у себя в любое время.
— Пока, — сказала ему Саша и весело помахала рукой.
— До встречи, — откликнулся Денис, и пожал мужчине руку.
— Пойдём, поедим? — спросил Дэн Сашу, когда за гостем закрылась дверь.
— Угу.
После ужина, он отвёл Сашу в комнату, уложил в кровать и сел на край рядом с ней. Он долго смотрел на любимую, стараясь понять, что с ней не так, а она смотрела на него.
Комнату осветила вспышка молнии, через пару секунд по близости прогремел гром. Саша вздрогнула и вся сжалась в комок. Затравлено посмотрев на друга, она сказала:
— Дэнчик, не уходи, не оставляй меня одну, мне страшно, —её глаза наполнились ужасом, но голос прозвучал абсолютно нормально, чего не было уже долгое время. Почти всегда она разговаривала как маленький капризный ребёнок.
— Я и не собирался уходить, — тихо ответил Денис, накрывая её ладонь рукой.
Ещё одна молния, ещё один раскат грома. Саша поёжилась под одеялом.
— Почему мне так страшно? Почему мне страшно? Обними меня.
Денис лёг рядом. Уткнувшись носом в затылок девушки, он положил руку Саше на талию, и подтянул её поближе к себе. Он молчал, боясь спугнуть мимолётное мгновение, когда Саша была почти нормальной.
Очередная молния на секунду осветила комнату, раздался жуткий треск, и что-то вспыхнуло за окном. Дэн нехотя встал и подошёл к окну. Ахнув, он выскочил из комнаты, и побежал на улицу. Саша последовала за ним. Выбежав из дома, она замерла на крыльце. Деревянный крест, установленный на могиле Ника, полыхал, несмотря на сильный дождь. Денис схватил Сашу за плечи, чтобы увести её в дом, он не хотел, чтобы она видела это, но она, казалось, приросла к земле.
— Нет, оставь, всё нормально.
Она смотрела, как огонь жадно поедает крест. Пламя плясало в её глазах, губы беззвучно шептали что-то.
Стоя в нерешительности, Дэн смотрел на Сашу. Он не знал, как ему поступить, увести её в дом силой или позволить смотреть.
— Наверное, пришла пора отпустить его? — неожиданно спросила Саша.
— Что? — не расслышал её слова Денис.
Саша повернулась к нему, серьёзно посмотрела и повторила.
— Пришла пора отпустить его. Пойдём.
Она взяла мужчину за руку и потянула за собой в дом.
— Нужно потушить его.
Саша медленно покачала головой.
— Не нужно, пойдём.
Денис окинул пылающий крест последним взглядом, и плотно закрыл за собой входную дверь.
Саша села на диван и положила ноги на журнальный столик. Совсем как Ник когда-то.
— Я сейчас немного поплачу, ты меня утешишь, а потом всё у нас будет хорошо. Больше его тень не будет преследовать меня и стоять между нами. Слишком долго я предавалась безумию, — последние её слова потонули в грохоте грома, но Дэн услышал её.
— Налей мне чего-нибудь крепкого, чем крепче, тем лучше. Осталось у нас хоть что-то?
Денис принёс с кухни стаканы и бутылку водки. Наполнив стаканы, он протянул один Саше. Она выпила, подошла к окну и подозвала Дэна к себе.
Крест сгорел почти полностью. Он уже не пылал, лишь еда заметный дымок несколько секунд поднимался над ним, а потом ливень потушил его окончательно.
Саша обхватила Дэна за талию, и прижалась щекой к его груди.
— Слишком долго. Слишком долго он не отпускал меня. Или это я не отпускала его? Не хочу больше об этом думать. Не хочу себя мучить размышлениями, зачем мы встретились. Дэн, ты один не бросил меня. Один ты выполнил своё обещание, и всегда был рядом. Прости меня. Прости за всё, что тебе пришлось вынести.
Денис увёл её от окна. Усадив Сашу на диван, он налил ей ещё водки. Он всё ещё не мог поверить, что Саша пришла в себя. Он боялся, что любые его слова снова вернут её к безумию.
— Почему ты молчишь?
— Я боюсь, — честно ответил он.
— Не стоит. Иди ко мне, посиди со мной. Мне так это нужно.
Дэн опустился рядом, Саша взяла его руку и крепко сжала ладонь.
— Завтра мы уйдём из этого дома. Не возьмем ничего, чтобы не было никаких напоминаний обо всём этом, — Саша обвела гостиную взглядом, потом теснее прижалась к Денису.
— Куда мы пойдём?
— Куда угодно. Просто как можно дальше отсюда. Прочь из этого города. Я так любила этот город, а теперь я не чувствую ничего кроме ненависти. Ты увезёшь меня отсюда?
Дэн поцеловал её в лоб.
— Конечно.
— Я люблю тебя, Дэнчик. Это правда. Мне очень жаль, что понадобилось так много времени.
— Я знаю. Я тоже тебя люблю.
— Как думаешь, мы ещё сможем быть счастливы, после всего, что с нами случилось? Ник говорил, что мы всё сможем.
Дэн почувствовал, как в носу предательски защекотало.
— Я уверен.
— Налей мне ещё.
Вскоре Саша уснула. Денис укрыл её пледом, а сам всю ночь просидел со стаканом в руке, боясь сомкнуть глаза хоть на минуту. Он боялся, что если уснёт, Саша снова проснется утром невменяемая.
Когда она открыла глаза, увидела усталого Дениса.
— Эй, Дэнчик, ты хоть чуть-чуть поспал? — широко зевая, поинтересовалась она.
— Нет.
— Почему? Ведь за последнее время это был первый действительно хороший вечер.
— Я боялся.
Саша поняла его.
— Господи, сколько горя я тебе принесла.
— Не говори так. Ты- лучшее, что случилось со мной в этой жизни. Ты всё ещё хочешь уехать?
Саша кивнула.
— И побыстрей. Я чувствую, что нам нужно покинуть этот дом. Если я не уеду, то всё снова вернётся на круги своя. Ещё раз Ник меня не отпустит.
— Тогда собирайся.
Саша поцеловала Дэна в колючую щёку и пошла наверх. Впервые, после неудачной попытки самоубийства, она вошла в свою комнату. Всё было на своих местах. Она окинула комнату прощальным взглядом, и ничего не взяв из вещей, закрыла дверь. Через два часа, они собрали всё, что хотели забрать с собой. По большей части это было оружие и припасы с одеждой.
— Я обещала ему носить этот камушек всегда, — тихо сказала Саша, почувствовав за своей спиной Дениса.
Она стояла над могилой Никиты и смотрела на остатки креста. Одна единственна слезинка скатилась по её щеке. Тряхнув головой, она прошептала:
— До встречи, — повернулась к дому и могиле мужа спиной, и пошла к машине, засовывая на ходу камушек и кольцо обратно под футболку.
Перед тем как покинуть Геленджик, они заехали в «Приморье», где новые поселенцы потихоньку обустраивались на новом месте.
Денис нашёл Диму, рассказал ему про желание Саши уехать из Геленджика.
Глава ростовского поселения очень удивился перемене, что произошла с Сашей. Ещё вчера он видел перед собой ненормальную женщину. Сегодня она была абсолютно здорова и очень хороша. Он наблюдал, как она стояла над могилами детей, прямая как спичка. Ему было жаль её. Словно услышав его мысли, Саша повернулась к нему.
— Не стоит меня жалеть. — Переведя взгляд на своего Дэна, она ухмыльнулась каким-то своим мыслям и сказала, — Нам пора.
Конец главы.
#вачевскихкарина #выжившие #обреченные #новаярукопись