Я смотрел в прозрачную водяную глубину, и воспоминания слетались ко мне светлым роем. Гребец сильно отталкивался веслами, и лодочка наша летела с быстротою стрелы. Мы далеко опередили остальных. Скоро отлогий берег Капри скрылся из виду, и мы видели перед собою только отвесные крутые скалы. Вода была голубая, цвета горящей серы. Голубые волны бились о скалы, обросшие красными морскими яблоками. Мы были уже возле противоположной стороны острова, и вот между отвесными скалами открылось небольшое отверстие; наша лодочка едва-едва могла проскользнуть в него.
— Заколдованная пещера! — воскликнул я, и воспоминания разом хлынули мне в душу.
— Да! — сказал гребец. — Так ее звали прежде! Теперь же разузнали, что это такое! — И он рассказал нам о двух немцах-художниках, Фрисе и Копите, которые три года тому назад отважились вплыть в пещеру и открыли там красоты, на которые теперь считает долгом полюбоваться каждый приезжий. Мы приблизились к ущелью; свод подымался над водою не больше чем на какой-нибудь аршин. Гребец сложил весла, все мы легли на дно лодки, и она, направляемая его рукою, скользнула в темное отверстие. Я услышал глубокий вздох Лары; было в самом деле жутко, но всего одну минуту. Затем мы очутились под обширными сводами пещеры, где все сияло лазурью. Вода под нами горела голубым огнем. Из пещеры не было другого выхода, кроме того маленького отверстия, через которое мы только что проплыли.
Яркий солнечный свет, проникавший в него, превращал воду в голубой пламень, который, в свою очередь, бросал сияющий отблеск на стены пещеры. Вот почему все здесь сияло небесной лазурью, вот почему отовсюду как будто струился прозрачный голубой эфир. Капли же, стекавшие с весел, поднятых кверху, сверкали рубинами. Здесь воистину был волшебный мир, царство духов!
Я взял эти строчки взяты из заключительной главы романа Ганса-Христиана Андерсена "Импровизатор", потому что трудно лучше него описать словами Лазурный Грот (La Grotta azzurra) на Капри . Оказывается, велиий сказочник писал не только сказки.
Но герой романа был абсолютно прав! Друзья-художники немцы Август Копиш и Эрнст Фрис действительно обнаружили на строве Капри Лазурный грот в 1826 году, Копиш написал об этом рассказ, как о самом великом открытии в своей жизни. Художники оставили нам зарисовки Грота и, конечно, автопортреты себя любимых, этакий образчик гламура первой половины 19 века.
Эрнст Фрис зарисовал Грот в том же 1826-м году, когда ему было 25 лет. Через 7 лет у себя на родине, в Карлсруэ, он заболел скарлатиной и, находясь в бреду, вскрыл себе вены.
А вот этот рисунок сделал его друг Август Копиш в 1834 году.
Об "открытии" Лазурного Грота на Капри немецкими художниками можно говорить весьма условно. Ну, во-первых, они не сами на него наткнулись - привел их сюда и помог занырнуть в узкую каменную арку местный житель Анжело Ферраро, примерно вот такой.
Так что жители Капри давно были в курсе...
Анжело, говорят, выпросил у бурбонской администрации Неаполя пожизненную пенсию за "открытие" грота Европе и привлечение массовых туристических потоков .
Да и не только они. На карте венецианского картографа Винченцо Коронелли (1696 год), Grotta Azzurra благополучно обозначен примерно в том месте, где он находится и сейчас, если только сообразить, что карта непривычно расположена вверх тормашками (как у средневековых арабских картографов).
Но зачем нам венецианский картограф, если есть неаполитанский певец Роберто Муроло, олицетворение неаполитанской мелодии, собиратель и исполнитель песен разных веков?
Первый диск его антологии озаглавлен "до 1700", и на этом диске есть канцонетта "La Grotta Azzurra" - "Лазурный грот".
В 21-м веке неаполитанцы, естественно, превратили Грот в туристический объект. Протиснувшись через узкую арку, лодки медленно продвигаются в голубоватом полумраке, а гребцы поют неаполитанские песни - но только те, которые, предположительно, знакомы массовому туристу - "Санта Лючия", "Вернись в Сорренто"...
А вот на старых рисунках арка грота выглядит выше. Дело тут в воображении художника, в отливе или в том, что Капри медленно опускается в океан?
