Сижу с чашечкой утреннего кофе в одной руке. Затягиваюсь дымком первой сигареты. Хочется помечтать о приятном. Но мысли кружатся и упорно возвращаются к … ружью.
Не к тому, которым сводят счеты с жизнью.
И не к тому, которое на сцене и, если «висит, то должно выстрелить», поставив нужный драматургический акцент.
Есть у меня излюбленный уголок для мечтаний. На крылечке под крышей у входа в дом. Плетеное кресло там стоит и такой же столик. И – подарок родных– большая такая пепельница-урна.
Поздней весной, летом и до ранней осени здесь начинается мой день. Если необходимо, укутываюсь в теплый плед.
Взгляд скользит по высоким каштанам, посаженным со свойственным мне педантизмом, симметрично справа и слева от входа.
Первыми среди деревьев закладывают крупные блестящие почки. Потом из них появляются первые листы.
Потом очаровательные «свечки».
На их месте образуются мягкие зеленые игольчатые шарики.
После созревания они падают на дорожку. Раскалываясь, выпускают на свет смуглые блестящие округлые плоды.
Именно такие «орешки» дали 15 лет назад жизнь этим стройным гигантам. Теперь они часто болеют. Раньше срока теряют листья, но мы не готовы от них отказаться. Диагноз известен, будем лечить..
На днях заметила: что-то пошло не так!
Это не шум в ушах, это птичий щебет. Чириканье, воркованье. Никогда такого не было!
Начинается «запев» с правого каштана, отвечает левый. Потом гомон сливается в общий хор. Небольшая пауза. Солирует левый, подхватывает правый. И снова хором оба дерева! Уже в течение нескольких дней без перерыва на обед.
Если в это время звонит телефон – нужно уйти и поговорить за закрытой дверью.
На мой зов пришел муж. Муж – глазастый. И вооружен современным планшетом. Попросила его заснять пришельцев. Притаившись, он занял пост в засаде. Шепчет оттуда, что видит мелких желтогрудых птах. Гнёзда свили в ветвях каштанов. Из них торчат головки птенцов. Родители прикрывают гнезда крыльями в размахе и без устали носят пищу, отправляя ее в жадно-ждущие распахнутые клювики. Родители балансируют вниз головой, уцепившись лапкой за тонкие ветки в поисках пищи.
«И при этом все еще и поют!»- подумала я.
Тут вспомнилось мне время, когда у соседей трудились гастарбайтеры из Киргизии. Молодая пара. Каждое утро выходили оба на стройку, муж клал облицовку дома из кирпича, а жена садилась рядом.
И начиналась их беседа. Небольшой перерыв на обед, и все повторялось до вечера. Без перерыва, без передышки, несколько дней подряд. Постоянный щебет на непонятном языке!
Все время я задавалась вопросом: о чем можно говорить столько времени и бесконечно? Что за темы? Что за рассказы? Что волнует молодых ребят, побуждая постоянно вести многочасовую беседу? Чем они не могут незамедлительно не поделиться друг с другом?
Ведь и птицы, наверное, разговаривают между собой! И так же, как молодые киргизы, спешат сообщить друг другу что-то важное и интересное. Здесь и сейчас. И новостей останется еще на завтра, на послезавтра… На всю последующую жизнь! И их язык так же непонятен слушателю - человеку из другого мира.
Холодно. Накинула мужу на плечи тулупчик, не пожалела бы и старенькой норковой шубки. Но он отказался со словами: «Вот если бы у меня было фото-ружьё!»
Ну, прямо Шарик из мультика!
Нет фото-ружья – нет и фотографий!