Записки сороконожки. «Чарующая песня менестреля»

А вот еще один момент, в котором очень много лажи в текстах, которые мне доводилось читать. Подозреваю, что и вы на что-то такое натыкались. Вот по сюжету выступает какой-нибудь менестрель, поэт, рок-группа – в общем, кто-то, радующий публику своим поэтическим творчеством. И описывается, какой этот менестрель весь из себя офигенный и за душу берущий… а потом, к несчастью, цитируется текст. Который представляет из себя в лучшем случае любимую рок-балладу/бардовскую песню автора, в худшем – попытки автора что-то нарифмовать, чего он не умеет. Случаи типа Марии Семеновой, когда автор умеет и в прозу, и в стихи (причем стихи мне у нее поболее прозы нравятся), в расчет не берем, это идеальный случай, он бывает редко.

Итак, как же быть, если менестрель нам нужен, но стихи мы писать не умеем, во всяком случае, на уровне, соответствующем заявленному таланту (потому что на среднелюбительском уровне что-нибудь нарифмовать способен любой грамотный человек, на том стою и не могу иначе)? Ну точно не затыкать дыру любимыми рок-балладами, а то «Арию» и Высоцкого в фэнтезийных мирах уже только ленивый не оборжал, при всей моей пламенной любви к обоим исполнителям. Хотя, опять же, если мы в современном сеттинге, то вполне можно сюжетно обосновать кавер. Или постмодернистски приколоться и описать сюжет песни, не называя ее, так, что слушающие точно опознают, а в целом вроде все антуражно. Может наш менестрель, допустим, спеть о погибшей возлюбленной и о желании умереть и воссоединиться с ней, которое особенно обостряется под звон церковных колоколов? Да запросто! А прославить верность идеалам чести, вычитанным в старых преданиях? Сколько угодно! А что бы скальду не сопоставить погребение павшего воина с легендой о Бальдре? Кто ж ему помешает! (Кто не понял – я намекаю соответственно на «Возьми мое сердце» Арии, «Балладу о борьбе» Высоцкого и «Помни меня» Catharsis.)

Собственно, постмодернизм постмодернизмом, а вот и первый способ показать невероятное мастерство нашего менестреля (скальда, рок-музыканта, барда, рэпера…) – рассказать о нем, не цитируя текст напрямую. То есть все тот же принцип, что с боевкой – концентрируемся на общей картине, на эмоциях исполнителя и слушателей, на каких-то ситуациях во время выступления. А если и цитируем – то понемногу, буквально в пределах одной строки, дальше пусть слушатель сам себе представит, что надо. Я этот вариант весьма люблю, тем более что музыканты у меня в той или иной форме почти в любой текст залезают, в космооперу и в ту забрались. И да, эпизод с концертом не содержит ни единой цитаты из текстов, только общение музыканта с залом и эмоции рассказчика. По которым вполне понятно, что услышал он нечто потрясающее.

Вариант второй, для народа рифмующего – если этот самый менестрель сел на мозги настолько плотно, что натащил своих текстов – так и пусть будут! Но во избежание диссонанса, потому что никакой конкретный текст, скорее всего, не будет так прекрасен, как навоображал себе читатель по описанию, есть смысл не делать акцент именно на них. Пусть исполнитель берет чарующими мелодиями, сценической харизмой, магическими способностями, банально красотой, а тексты – что тексты? Сами, поди, на концерте многое прощаете исполнителю за драйв и харизму. Даже я, даром что я въедливый филолог. Вот и пишите не про совершенные строки, а про драйв и харизму. Опять же, есть у меня повесть «Ветробой» о рок-вокалисте. Поскольку концерты занимают в тексте огромное место – ну никуда там было без текстов. Да они у меня и написались, плюс пара стихов моего мужа тоже оказалась в тему. Я отдаю себе отчет, что отнюдь не факт, что от этого всего душа развернется и назад свернется – и я рассказываю о великолепном голосе исполнителя, о его красоте и притягательности, о видениях, посетивших восприимчивую слушательницу, поскольку без мистики в этом всем тоже не обошлось. И ура – читающие вспоминают собственный концертный опыт, вполне себе все представляют и радуются. Да, чит. Но я предупреждала, что я читерский автор.