На первый взгляд, само противопоставление этих педагогических позиций необоснованно. Во многих публикациях слово «tutor» переводится с английского на русский как «наставник». Тем не менее, в сегодняшней педагогической практике функции тьютора и наставника различаются. Попробуем разобраться, в чем различие, и могут ли они быть совмещены.
Автор: Михаил Черемных — член Высшего экспертного совета кафедры «Тьюторство» Академии социальных технологий, кандидат педагогических наук, специалист по проектированию и созданию образовательных систем, развивающих человеческий потенциал.
Исторически тьюторы появились в средневековых университетах, и, как правило, ими были опытные студенты (сейчас мы бы сказали — старшекурсники). Они помогали менее опытным студентам-новичкам разобраться с системой университета и с премудростями обучения в нем. То есть действительно были наставниками, передающими свой опыт студенчества своим подопечным. Причем делали это, как говорится, «прямо у станка», параллельно с обучением студента-новичка в университете.
Во многом суть такой позиции схожа с позицией мастера-наставника на производстве, который берет шефство над молодым рабочим и передает ему — своему подмастерью — практические навыки профессии, опираясь на собственный профессиональный опыт. Учит и наставляет. Тем самым готовит подопечного к самостоятельной производственной деятельности на следующем этапе, выступая и в роли опытного мастера, и в роли педагога. И этот педагогический процесс, который организует мастер-наставник, называется подготовкой.
Возвращаясь к истории с тьюторами в средневековых университетах, можно утверждать, что они тоже были своеобразными педагогами-наставниками и организовывали процесс подготовки новичка к самостоятельной студенческой жизни на следующем этапе.
Однако если мы посмотрим на современный университет и — шире — на всю сферу образования, то увидим, что позиция «тьютор» в нынешнем понимании отличается от позиции «наставник». Во-первых, потому что тьютор не передант свой опыт подопечному — тьюторанту, не учит и не наставляет его. Он организует работу так, чтобы у тьюторанта сформировался собственный уникальный опыт. Во-вторых, тьютор своего тьюторанта впрямую ни к чему не готовит, но инициирует самоподготовку и сопровождает ее, организуя ситуации рефлексии.
Так что же делает тьютор в принципе?
Помогает тьюторанту представить образ своего будущего, осознать свои возможности и ограничения, построить программу саморазвития как движения к желаемому будущему и начать это движение. И этот процесс, собственно, и называется образованием! При этом тьютор не навязывает свое мнение, не учит, не наставляет и не подсказывает. Тьюторант делает всю работу сам, а тьютор создает ему условия для этой работы.
Но могут ли функции тьютора и наставника быть совмещены, взаимодополняя друг друга? В каких ситуациях уместна позиция «тьютор-наставник»? Иными словами, какой опыт тьютор может передавать тьюторанту, в чем может наставлять и чему учить, не изменяя при этом своей тьюторской позиции?
На наш взгляд, тьютор может передавать свой опыт организации процесса самоопределения, передавать свои технологии работы с образом будущего, учить способам находить ресурсы для саморазвития, наставлять в ситуации перехода от замысла программы к её реализации. Разумеется, это возможно и оправдано, если тьютор имеет этот опыт, сам находился в ситуации самоопределения, разработки и реализации программы саморазвития и поиска ресурсов для этого.
Например, в непростой для тьюторанта ситуации выбора будущей профессии, или поиска нового места работы, или планирования следующего шага в карьере тьютор помогает своему подопечному, исходя из такой установки: «Я не знаю, и не могу знать, какой выбор будет верным для моего тьюторанта. Он должен сам принять решение. Но я был в такой же ситуации и знаю, что нужно предпринять, чтобы решение появилось, а выбор был сделан. И это свое знание я могу передать тьюторанту. В этом я могу быть для него наставником!»