- Ты говоришь, что егери обходят стороной то место?- переспросил Лёшка, недоверчиво посматривая на карту.
-Именно. А видел бы ты их лица!- со смехом ответил ему Стас.- Редко когда у здоровых мужиков можно наблюдать столько суеверного страха на физиономиях.
-И почему ты думаешь, что нам нужно лезть туда, куда не суются бывалые охотники?- вклинился в разговор молчавший до этого Мишка.
-Неужели тебе не интересно?!- выпалил Стас с обидой и нотками разочарования.- Ты подумай, какой контент мы там можем снять! Там же никто, типа нас не лазил ещё. Ну…скорее всего.
-Сколько лет назад бросили стройку?
-Около пяти-семи.
Парни обсуждали место, связанное с событиями, которые маленький городок уже стал забывать. А именно, строительством особняка для чиновника, в глуши леса. До того как богач выкупил участок земли возле лесного озера, там уже была какая-то история. На месте, где планировали строительство дома, стояли руины. На первый взгляд сложно было сказать, к каким временам они относились, так как растительность щедро постаралась укрыть их зелёным саваном. Но поговаривали, что это была дореволюционная постройка, поместье, разрушенное волной восстания. Всё то место было окутано тайной и страхом. Несмотря на его живописность- горная гряда с одной стороны и тихое озеро с другой, с давних времён местные обходили его десятой дорогой. Не собирали грибы и ягоды там, не рыбачили. Казалось, и дикие животные не желали пересекать одинокие развалины, их следы всегда вели в обход.
Руины быстро убрали, к месту расчистили проезд для тяжёлой техники, и развернулась стройка. Казалось, всё должно было делаться быстро, ведь заказчик не имел ограничений в деньгах. Но нет. Ряд странных событий взбудоражил и переполошил местных. Поначалу пропали несколько строителей. Их искали, прочёсывая лес, но они исчезли, без следа.
Потом пропал охранник. Никто не хотел занимать его место, и оплату ночного сторожа подняли до такой суммы, что желающие появились. Но постоянно менялись. Кто-то не выдерживал и ночи кто-то дожидался первой зарплаты и сбегал. Один угодил в психушку.
Конечно же поползли слухи. Об ужасах в лесной глуши. О всепоглощающем страхе и том, кто насылает его…
Но чиновник не сдавался. Он не верил в чертовщину, и всё гонял наёмников по лесу, в поисках орудующей в тех местах банды, думая, что причина всех бед исключительно физическая. Он приезжал на стройку, чтобы проверить продвижение работ, и всегда отчитывал прорабов за промедление и безответственность. Только щедрые выплаты удерживали строителей от разрыва договоров.
А потом чиновник заболел. Внезапно и необратимо. Никакие деньги не спасли его от неминуемого. Месяц спустя, его не стало. Строительство заморозили, и, так как никто не хотел выкупать участок с такой репутацией, и вовсе забросили.
Стас слышал о недостроенном особняке, тогда ему было тринадцать лет. Но, когда, годы спустя, отец взял его на охоту, и он лично увидел те места, ощутил, какой иррациональный страх испытывают егеря к брошенной постройке, любопытство его разгорелось с невероятной силой, и желание исследовать то место не покидало его.
Друзья Стаса относились к этой идее более настороженно, но, в конце концов, он заразил их своим энтузиазмом. И они решили добраться до особняка во что бы то ни стало.
Стас зафиксировал путь туда на карте, и ребята назначили день своего путешествия. Конечно же в тайне от родителей, сказав последним, что идут в поход со спортивной секцией.
***
Раннее утро укутало росой травы. Трое друзей бодро шагали по широкой просеке. Чем дальше дорога уходила в лес, тем более заросшей она была. Надо же, прошло каких-то пять-семь лет, а упругие ростки дикой малины уже захватили тереть расчищенной территории.
Парни вышли ещё затемно, и добрались до лесного озера за пару часов. Действительно, странное было место. Вроде, лучи утреннего солнца пробивались сквозь кроны, бросая блики на скудную траву, вроде и вода озера искрилась в свете, разгоняемая лёгким ветром, но витало там некое напряжение. Словно воздух стал гуще в том месте, словно всё окутала тёмная и холодная дымка. Голоса птиц были слышны, но они звучали вдалеке. А возле озера, и далее, до построек, казалось, нет вообще ни души.
Пробираться к заброшенной стройке ребятам пришлось уже сквозь кустарники. Казалось, чем ближе к цели, тем более буйная зелень. Забор, которым была огорожена стройка, почти развалился. Пробравшись внутрь, ребята увидели печальную картину: роскошный и огромный дом бесхозно стоял, поросший зеленью. Окна его были забиты целлофаном, но последний был порван во многих местах. Рядом с домом виднелись и другие постройки. Михаила, почему-то привлёк брошенный вагончик сторожей. Стас с Алексеем направились к дому, намереваясь проделать себе вход. А Михаил решил посмотреть, что же делается в вагончике.
Поржавевшая дверь оказалась незапертой. Она отворилась со скрипом, выпуская наружу затхлый воздух. Внутри были какие-то вещи, даже посуда и, судя по всему, буханка хлеба в пакете, которая превратилась за годы в чёрный, заплесневелый комок. А так, в целом, не было ничего, что могло бы вызвать брезгливость. Ни паутины, ни грибка.
Михаил зашёл и начал осматриваться. Старые газеты…дневник учёта смен… чья-то брошенная кружка. Всё лишь хлам.
Как вдруг. Взгляд его упал на пол, под небольшой столик. Там он увидел тетрадь. Несколько страниц были перевёрнуты, явно писали от руки.
Наклонившись, парень поднял находку и начал листать её, пробегая глазами по пляшущим буквам. Тетрадь была исписана лишь на треть. Слова вполне читаемы. Открыв на середине записей, Михаил прочитал: «…Мне говорил тот дед... Когда он придёт, ты ощутишь это. Ты не услышишь, и не увидишь, а ощутишь. И это была правда. Такое ни с чем не спутаешь…»
Почему глаза парня выхватили именно этот отрывок, он не мог объяснить, но чтение захватило его внимание. Он понял, что что-то важное написано на пожелтевших страницах старого дневника. Выбравшись из вагончика, он уселся на его ступеньку, и принялся просматривать записи сначала.
------------------------