Президент изменил порядок хранения вещественных доказательств. В частности, уточняется не только порядок учета и хранения вещественных доказательств, но и порядок их возврата. Поправки вступают в силу 28 июня.
Основное изменение заключается в том, что те ноутбуки, флешки и прочие носители, которые изымали следователи, но которые так и не были признаны вещдоками, должны быть возвращены владельцу.
Кроме того, хранение вещдоков в виде ценностей будет допускаться в некоем финансовом подразделении того органа, который изымал эти ценности. Некоторые уголовные дела наглядно показали несовершенство законодательства в этой сфере, отмечают эксперты. Например, дело столичного следователя, который обвиняется в получении взятки криптовалютой на сумму более 1,5 млрд рублей: ее изъяли и обратили в доход государства. Другое дело — о «Мистере Сидре», метиловый спирт для которого был похищен у МВД и хранился как вещдок по старому делу.
Правда, новые поправки никак не исправляют недочеты в этих делах, говорит адвокат, партнер адвокатского бюро «Забейда и партнеры» Александр Забейда:
Александр Забейда партнер адвокатского бюро «Забейда и партнеры» «На самом деле, эти поправки просто вносят больше порядка в хранение финансовых ценностей, которые признаются вещественным доказательством по делу. В соответствии со старым порядком они хранились в сейфе у следователя или у руководителя следственного подразделения. На практике это вызывало множество злоупотреблений. Теперь же следователи будут обязаны сдавать ценности в банки. А что касается тех ценностей, которые не признаются вещдоками, по ним порядок старый: они должны быть возвращены законному владельцу в разумный срок. Мы не знаем, что конкретно было обнаружено у следователя в папке «Пенсия». Я думаю, это были не биткоины, а, например, ключ-пароль, код доступа. Сами же биткоины находились в облачном кошельке. Непонятно, как признавать это вещдоками. Сами биткоины — это взятка. Я так понимаю, что не они были изъяты. Поэтому и решили провернуть операцию по изъятию в пользу государства. На мой взгляд, это незаконно. Что же касается дела по «Мистеру Сидру», говорилось, что спирт был изъят в ходе проверки. Нигде не говорилось, что это вещдок».
Можно сказать, что поправки просто закрепили ту практику, которая и так есть, ничего революционного в них нет, говорит адвокат Сурен Аванесян:
Сурен Аванесян адвокат «Каких-то революционных изменений я здесь не вижу, честно говоря. То есть изъятые в ходе досудебного производства, но не признанные вещественными доказательствами предметы, включая электронные носители информации, подлежат возврату лицам, у которых они были взяты. Так они и так возвращались этим лицам. Что в разумный срок должны вернуть, так это растяжимое понятие. Год — это разумный срок? Может, да, может, нет. Вот если бы было сказано, что с момента изъятия за месяц следователь обязан принять процессуальное решение по предметам, изъятым в ходе досудебного производства, включая электронные носители, что все, что не признано вещдоками, подлежит немедленному возвращению владельцу, адвокаты бы сказали: «Вот это да, отлично!» Потому что так не было. Соответственно, статья 81 УПК — это формальность, ничего нового».
Ранее Конституционный суд признал незаконной практику, когда вещдоки, проходящие по нескольким уголовным делам, уничтожаются до финальных решений по всем этим производствам. Таким образом, в правовое регулирование должны внести такие изменения, однако в новых поправках их пока нет.