В выходные у сына отменили Выпускной. В выходные мы тут в Москве уже ждали — ведь «мятежники» уже дошли до Липецкой области. Всего-то 500 км до столицы. И я думала, как оно теперь, подача документов в институт, больница, а если комендантский час, а если… Но все окончилось фарсом. И.. безнадежностью..
Тогда в августе 1991 мы тоже сидели в оцепенении… Я тогда была на три года младше, чем сын сейчас. Не знаю, что он чувствовал сейчас. Но мною тогда двигали два чувства: 1) Какие ужасные лица! 2) Я теперь не смогу ездить на Арбат к Стене Цоя, и вообще они все запретят.
Было ощущение краха жизни. Отчим был оптимистом. И сказал, что все равно мы завтра поедем в Эстонию. Поехали, а там узнали, что и Путч окончился. Не бескровно. Но закончился. И было эгоистичное чувство радости и больших надежд.
Тут… тоже лица. И кувалда. И прочее. И страшно. Это та ситуация, когда «оба хуже».
И страх Гражданской. И большой заварушки, так привычной для нашей страны.
И мысли о Пиночете.
Все вместе. Как испугались те, кто «Эй вы там, наверху!», как пела Алла Борисовна, впрочем, она теперь тоже в опале. И в данном редком случае от их страха не было радостно.
Как и Путч, это все быстро закончилось. И тоже не бескровно, только никто не воздал сейчас, как тем августовским ребятам. И фарс был, как без него. И танк в дверях Ростовского цирка.
В общем-то ничего толком и не началось. Только тогда были надежды и чувство, что «мы победили». А здесь… и так, и так проиграли. И все мрачное продолжается.
И народ никоим образом не был вовлечен в это. Не то, что тогда. И никто не рвался защищать кого-то от кого-то. Разве что у танков в Ростове фотографировались, все веселье. В этом плане народ непобедим, ничего не боялся, хотя ситуация в городе была крайне напряженной.
А так.. это все "высокие разборки".
А как начали переобуваться на ходу- я все это знала. Эх, что же сказала Вика Цыганова, исполнившая вдохновенную оду Вагнеру? Поторопились они с мужем— поэтом Вадимом Цыгановым. Политического чутья, как говорили в известные годы, не хватило….
А как Соловьев восхищался «этими ребятами, настоящими мужиками!».
Фарс, но без облегчения.