«Ну вот и погибель моя!» - подумал Акинфий, когда перед ним оказалась сплошная стена из кустов боярышника, чьи ветви были густо усажены длинными и крепкими шипами.
Назад ходу нет, оббежать – тоже никакой возможности, а напролом лезть – так здесь и медведь увязнет, как муха в патоке.
Все, загнали.
Акинфий, тяжело дыша, повернулся лицом к своим преследователям. Вот они – серые, скалящие острые клыки, поджарые и исхудалые за зиму. Многие со следами уже начавшейся линьки. Волки. Сколько же их!?
Ни разу в жизни столько не видал. Верно, несколько стай объединилось, чтобы загнать его в этот угол. Целый день, как зайца гнали по лесу. И именно туда, куда им нужно было. Стоило в сторону свернуть, как серые бестии тут же, оскалившись, бросались наперерез, появляясь невесть откуда. Вцеплялись в полу кафтана, хватали зубами за сапоги. Кусали не в кровь, но чувствительно. Нужно им было, стало быть, чтобы он целым и невредимым дошел до нужного места.
Ну вот и пригнали.
Акинфий смотрел на волков. Волки, не мигая и не двигаясь, глядели на него. Смеркалось, и их глаза начали светиться в нависающих сумерках.
Ясно. Стемнеет совсем, и тогда…
Акинфий судорожно сжал холодное дуло пищали. Хорошо хоть не бросил. Отмахивался до сих пор ею, даже двух-трех зверюг смог так зацепить, что те, скуля и прихрамывая, бежали прочь.
Волк, однако, животное умное, и остальные, наученные опытом сотоварищей, уже ловко уворачивались от замах полупудовой железяки. Сколь потом ни махал ею стрелец, и пригнали они его туда, куда им было надобно.
Вон сидят, глазищами сверкают, ждут, верно, когда совсем стемнеет. И недолго ждать осталось. Вон луна уж выкатилась. Полная. На блин из пшеничной муки похожа.
Хорошая пшеница под Курском растет. Блины из нее – нигде таких нет. Да с маслицем коровьем. Да с пылу с жару – из печи прямо.
Хоть ночь поспал хорошо. В тепле жарком. За ночь просох как солома в ведро – так полыхала хижина нечистого. Дотла сгорела. На утро лишь гора дымящих углей осталась. Теплом дышала – уходить не хотелось опять в эту лесную зябь и слякоть. Может и просидел бы рядом с дымящим пепелищем, пока угли окончательно не перегорели еще сколько-то времени, да серые нагрянули.
Со всех сторон повыбежали. Думал разорвут, ан нет – играться стали.
С перепугу пороха в пищальный ствол засыпал, да когда огнивом искру высекал, чтобы фитиль запалить, подумал, пуль-то все равно нет. Пальнешь разок, наобум, - может напугаются, разбегутся. Только быстро опомнятся и снова наседать начнут в чащобе этой. Надо поберечь запал-то. Может сподобиться случай, чтобы под шум ноги унести. Туда где люди.
Вбил пыж, чтобы порох не высыпался. Кое как веткой, что под руку попалась. Пыж наспех из куска ткани соорудил, от подола кафтана оторванной. ..
Да случай не сподобился. Вот – загнали. Словно коты – мыша в амбарный угол.
Совсем свет померк. Только уж темные силуэты с огнями вместо глаз видны. Ишь как, словно светляки роятся. Парами. В рядок выстроились…
Что-то произошло. Ряд из светляков сломался, явив брешь, которую тотчас заполнила тень существа, гораздо большего, чем кто-либо из волков. На Акинфия , из тени этой, глянула пара пылающих желтым (в отблесках луны) больших враждебных глаз. Человек несколько мгновений смотрел в них, не имея ни сил, ни воли, чтобы отвести взгляд, и душа его наполнялась холодом ужаса.
«Вот и все», - подумалось Акинфию. – «Господи! Помилуй грешника и спаси душу раба твоего!»
Он судорожно сунул руку за пазуху. Зашарил там. Нащупав распятие, Акинфий сжал его так, что перекладины креста согнулись и смялись, поранив ладонь.
Станьте частью нашей дружной компании)) Ставьте лайки, делитесь ссылкой, подписывайтесь на наш канал.
#фэнтези #мистика #ужасы #книги #чтение #романы #проза #читать #что почитать #книги бесплатно #бесплатные рассказы #волки #оборотни #приключения