У Никиты два дедушки. Один, дедушка Федор, вместе с отцом все время на работе: землю пашут, траву косят, дрова заготавливают. А другой, дедушка Оська, наоборот, или дома, или во дворе. Про него мама сказала, что дед Оська – папа дедушки Федора. Было смешно, потому что Никиткин папа большой и сильный, а Оська маленький, бегать не умеет, часто кашляет и потом задыхается. Какой же он папа?!
Зато дедушка Оська много знает.
- К колодцу близко не подходи: там страшный, злой водяной живет! – предупреждал он малыша.
- К реке один ни-ни! – грозил Оська скрюченным пальцем. - Русалки сразу в воду утащат. Нырнешь в омут – только пузыри на поверхности останутся!
Однажды он рассказал Никите, что в каждой бане живут черти. Поздно ночью ходить в баню нельзя, потому что там эта нечисть моется, а еще они вино пьют, дерутся и на гармони играют! Самая озорная компания! Не попадись к ним: женят на чертовке!
- Где они прячутся, когда мы там моемся?
- Они черные, могут в бане за каменкой спрятаться. Могут старым веником притвориться. Но чаще в соседскую баню убегают или на мельницу к Харитону. На мельницах они тоже любят селиться. Видел, какой дядя Харитон весь белый? Это он нарочно в муке валяется, чтобы его с чертом не спутали.
В субботу, когда папа в бане намыливал Никите голову, он не закрывал глаза, стараясь подсмотреть, не мелькнет ли в темном углу что-то черное и лохматое. В глаза, конечно, попало мыло – Никита долго плакал, а дедушка потом смеялся и говорил, что чертей увидеть не у каждого получается.
Особенно мальчику хотелось услышать, как эти косорылые, дедушка так их обозвал, будут на гармони играть. Гармонистов в деревне много, но все мужики играют почти одинаково. А вот черти, наверно, играют совершенно по-другому. Вот бы послушать!
И такой случай Никите вскоре представился.
Говорила ему мама: «Не пей много молока на ночь!» А сынок не послушался и выдул полную большую кружку. Ночью (хорошо, что проснулся вовремя) выскочил на улицу, тут и увидел: в соседской бане вроде как огонек светится.
Ночь была теплая, светлая, поэтому Никита, совершенно не боясь, но осторожно подошел к бане, откуда доносились голоса и даже смех, и заглянул в окошко. В бане были вовсе не черти, а соседи, дядя Саша и тетя Рая. Они даже не мылись. Голая тетя Рая с распущенными волосами сидела у дяди Саши на коленях: он ее гладил и что-то говорил, а она запрокидывала голову и громко хохотала.
Разочарованный, Никита подумал, что тогда черти сейчас в их бане прячутся. Подошел, послушал: в бане было тихо. И тут кто-то холодный, шерстистый тихо прижался к его ноге. Мальчик дернулся от страха и замер – соседский Дружок, приветливый собачонок, воспользовался секундным замешательством малыша, подскочил и чмокнул его прямо в нос.
- Фу, поганец! – возмутился Никита, вытирая обслюнявленный нос, - иди спать, нечего тут по баням шастать.
Откуда дедушка Оська узнал о ночных приключениях Никиты?
- Ну, что? Видел кого ночью-то?
- Видел, - честно признался Никита, – дядю Сашу и тетю Раю.
- А что они делали? – хитро прищурил глаз дедушка Ося.
- Тетя Рая, как маленькая, сидела на коленях у дяди Саши и смеялась.
- Вот лохмокудра! В избе ребятишек - ступить некуда, по всем лавкам вповалку спят, а они все еще по баням таскаются! Шибко ты доверчивый – облапошит тебя когда-либо хитрая рыжая чертовка. Вырастешь, Никита, будешь себе жену выбирать, не бери за себя никого из ихних девок – в той семье одни шашни на уме.
Но Никите очень нравилось играть и просто беседовать с соседской Танькой. Однажды он спросил ее:
- Тань, ты видела хоть разок, хоть одним глазком живого черта?
Девочка испуганно оглянулась по сторонам, приблизила свое лицо к Никите и почти шепотом тут же призналась:
- Видела! Истинный бог! Хочешь, на церкву перекрещусь, на самую маковку? Ночью проснулась, мы на полатях спали, глянула вниз, а там, в темноте, он! Маленький, лохматый, а глазищи так и сверкают, прокрался к столу и весь хлеб, оставленный на столе и кринку молока, все сожрал!
Прошло больше десятка лет. Дедушки Оси не стало, а вот слова его не забылись и оказались прямо пророческими.
Припозднился Никита в поле, приехал домой и пошел в баню уже почти в полночь смыть с себя пот и пыль. Моется, а в голове все крутятся слова дедушки Оси, что нельзя в баню так поздно ходить.
И точно, вдруг открылась дверь, и в баню вошла (не сразу и узнал) соседская Танька! Не та маленькая девочка, а рыжеволосая, немножко полноватая веселая красавица. Она лукаво улыбнулась парню, приложила палец к губам и ловко стянула с себя легкий сарафан. Тут же подбежала к Никите, уселась к нему на колени, обхватила его голову обеими руками и прижала к себе. Парень так и обомлел весь.
Потом, когда девушка тихо выскользнула из бани, парень сидел и думал: «А вдруг это чертовка притворилась Танькой? Что я завтра скажу ей?»
На следующий день на сенокосе подкараулил Никита девушку у стога сена:
- Тань, это ты ночью была?
Улыбнулась подружка, зыркнула глазами по сторонам, расстегнула верхнюю пуговичку – так и колыхнулись ее полные груди.
- Узнал?
Как не узнать, если этой ночью он их два часа в бане тискал.
Свадьбу осенью сыграли, хотя и до свадьбы не раз, ой, не один раз встречались Никита с Таней (по ее настояниям!) в самых укромных местах. Прав был дедушка Оська, настоящая рыжая чертовка!
(Щеглов Владимир, Николаева Эльвира)