Будущий русский советский детский писатель, педагог родился в семье присяжного поверенного Григория Ивановича Розанова. Юристов, подобных отцу Михаила, в императорской России того времени насчитывалась не одна, а многие тысячи, однако Григорий Иванович бы, наверное, единственным, кто решил в собственной семье организовать «выпуск» журнала. Учрежденный домашней «артелью» Розановых журнал «Успех», появившись на свет в 1889 году, прожил на редкость долгую жизнь: он регулярно выпускался почти четверть века, а затем, с перерывами, − вплоть до 1926 года. Первые 15 лет выходило 48 номеров «Успеха» ежегодно − «тиражом» один экземпляр! − но основательность не могла не удивлять. В журнале было учреждено три раздела: официальный – обзор внешней и внутренней политики, и отделы семейной хроники и художественно-литературный. Именно здесь и вышли в свет, если так можно сказать, первые произведения Н. Огнева, − на тот момент Миши Розанова. Он был бессменным сотрудником журнала и руководил остальными членами редакции: шестью младшими братьями и тремя сестрами.
К тому времени Михаил Розанов учился в знаменитой частной Поливановской гимназии, куда впоследствии поступили и другие его братья. А затем наступил черед других публикаций, уже в «настоящих» изданиях. Впервые стихи за подписью М. Розанова появились в газете «Правда Божия». Православие, воспринятое им с новозаветным духом богоискательства, вскоре привело молодого литератора в стан революционеров. В 1905 году он организовал издание нелегального журнала «Красное знамя», был арестован, сидел в Бутырке, но и там участвовал в подготовке тюремного журнала «Гудок» (клеймо неблагонадежного и надзор полиции сопровождали имя писателя вплоть до Февральской революции).
После освобождения из тюрьмы с 1910 года началась педагогическая деятельность М.Г. Розанова. Он работал руководителем детских площадок, клубов, библиотек при Обществе попечения об учащихся детях Бутырского района Москвы, начал писать пьесы, которые сам и ставил в самодеятельном детском театре на Бутырках. И одновременно сотрудничал в газетах «Столичная молва», «Утро России».
![Н. Огнев. Автограф стихотворения При виде галстуков и маек. [1930-е]. РГАЛИ. Ф. 370. Оп. 1.](https://avatars.dzeninfra.ru/get-zen_doc/5233119/pub_649a9e2943a66c46a8d42f77_649a9ed61801f95c29669259/scale_1200)
В конце 1916 году Михаила Розанова призвали в действующую армию, где он служил писарем, а после демобилизации в марте 1917 года по приглашению армейского комитета 3-й Армии Западного фронта стал агитатором: читал солдатам лекции по истории революционного движения, отвечал на животрепещущие вопросы. Это время отразилось на страницах романа писателя «Три измерения» и в ряде ранних рассказов.
После Октябрьской революции М.Г. Розанов стал районным инспектором по народному образованию, трудился в комсомольском клубе Рогожско-Симоновского района, вел литературный и драматический кружки, писал пьесы, сценки, агитационные стихи. В течение полутора лет работал преподавателем литературы в одной из подмосковных школ.
В печати появились первые послереволюционные рассказы, навеянные недавними событиями: «Щи республики», «Крушение Антенны», «Евразия». К этому времени относится и появление постоянного псевдонима − Н. Огнев. Необходимость в этом объяснялась весьма просто − брат Сергей тоже стал детским писателем, и их пьесы шли в одном и том же Московском театре для детей. Однако за свою литературную карьеру и бурную революционную деятельность М.Г. Розанов сменил множество псевдонимов. Вот как сам он пишет об этом: «В течение жизни мне пришлось носить много имен; мне кажется по этим именам можно судить о ходе моей жизни. В детстве звали меня “Антихристом”, сокращенно – Антом, мальчишки на улице прозвали “четвероглазым”, за очки. В 1907 году, когда я бежал из тюрьмы, товарищ отдал мне свой паспорт, и я стал Александром Куприяновым. В дальнейшем этот паспорт пришлось переменить, и в Петрозаводске, на нелегальной работе, я числился уже Константином Тепловым; заводские парни, узнав мою кличку “Николай” приделали к ней “второй” (у них уже был пропагандист Николай); так я стал Николаем Вторым. Задержан я был на финляндской границе под именем Петра Линевича; перед арестом проживал в Ваммельярви, у скульптора Иннокентия Жукова, и он звал меня Игнатом, так как в паспорте значилось: Игнат Якубайтис. На детской площадке в Москве ребятишки звали меня “Игоричем”. В газетах работал я под разными псевдонимами, из которых “Н. Огнев” появился в 1912 году; кроме него были: Конквистадор, М. Дорогомилов и другие. В 1917 году на фронте наборщики фронтовой газеты звали меня “Григорь Иваныч”, по названию фельетона, который им понравился; а солдаты 66 дивизии наименовали меня так: “который лектор…не большевик, а вроде”. Во время грандиозных детских праздников в Москве 1918 – 21 годов ребятишки накрепко прилепили мне кличку “Дядя Миша”. В школе-колонии 2 ступени я стал “Михгригом”.
В 1922 г. воскрес как писатель Н. Огнев.
По-настоящему меня зовут так:
Михаил Григорьевич Розанов. Мне 36 лет». (Ф. 370, оп. 1, ед.хр. 117).
С 1925 года, после выхода сборника рассказов, писатель полностью посвятил себя литературному труду. Вошёл в группу конструктивистов, а позднее в группу «Перевал». В 1926 – 1927 годах работал над повестью «Дневник Кости Рябцева», которая принесла ему широкую известность не только на Родине, но и за рубежом. О популярности произведения свидетельствует наличие пародий на него. А. Архангельский, известный в 1930-х годах автор пародий, написал пародию на «Дневник Кости Рябцева» «Ежегодник Кости Рябцева» (см. изображения).
В продолжение «Дневника» Н. Огнёв написал ещё повесть «Исход Никпетожа» (1928) и роман «Три измерения» (1929—1932). В 1937 году он начал преподавать в Литературном институте. Среди его учеников были А. Первенцев, С. Скляренко и др. Опосредованно он повлиял на творчество А. Гладилина и В. Аксенова.
Умер Н. Огнев 22 июня 1938 году после непродолжительной болезни.
После смерти писатель был надолго забыт, и только с середины 1960-х начались переиздания, в основном, «Дневника Кости Рябцева». В 1981-м и 1986 годах по повестям «Дневник Кости Рябцева» и «Исход Никпетожа» режиссер Г. Полока снял художественные фильмы «Наше призвание» и «Я — вожатый форпоста».
* * *
Фонд М.Г. Розанова (Н. Огнева) поступил в РГАЛИ в составе корпуса документов, переданных из ГЛМ в 1941 году. В него вошли рукописи романов, повестей и рассказов и др. 1905−1938 годов: «Дневник Кости Рябцева», «Три измерения», «Знак Сатурна», «Ленин и молодежь», «Пропавшее зерно», а также статьи о 1-м съезде писателей, о работе с молодыми авторами, об А.М. Горьком, С.М. Кирове, Н.А. Островском, Н.Г. Помяловском, Г.И. Успенском, Д.А. Фурманове, Э.Г. Багрицком и др. Есть среди материалов и рецензии на произведения начинающих авторов; автобиографии и записные книжки писателя. Чрезвычайно ценны переписка Н. Огнева с политиками и литераторами, его биографические документы: материалы к педагогической деятельности в школе-колонии «Искра» (1922−1923), стенограммы занятий и бесед Н. Огнева с молодыми писателями и школьниками (1935–1937). Изобразительные материалы представлены альбомом «Н. Огнев», составленном А.Е. Крученых с фотографиями Н. Огнева и шаржами на него, отдельные фотографии.
И.Л. Решетникова, главный специалист РГАЛИ