Глава шестая
Копирование и публикация материалов без разрешения автора запрещены.
Утром Вероника проснулась свежей и отдохнувшей. Быстро приняла душ, оделась и вместе с Севером спустилась на первый этаж. На столе уже стоял завтрак. Вероника Марковна в светлых брючках и белой трикотажной блузе сидела за столом с ноутбуком и читала новости. Увидев Нику с Севером, широко улыбнулась:
- Мои дорогие! Как вам спалось?
- Спалось прекрасно, - радостно ответила Ника, - давно я так не отдыхала.
- Ну и славно. Присаживайся за стол. Тебе кофе или чай?
- Чай, черный, если можно.
- Конечно, а я кофейку выпью.
ВерОника налила себе кофе, гостье черный чай, поставила рядом сахар. На столе лежали нарезанные огурцы, половинки авокадо, тосты, и еще какая-то красная масса в прозрачном соуснике интересной формы.
- А что это? – спросила Ника, указывая на соусник.
- О, я уже не помню, как это называется. Но бабушка испанка всегда готовила на завтрак: это протертые помидоры с оливковым маслом и специями*, эту массу намазывают на тосты.
- Интересно! Обязательно попробую! – принялась за завтрак Вероника.
- Какие у тебя сегодня планы? – спросила хозяйка дома.
Она уже насыпала Северу корма и налила свежей воды в миску.
- Я хотела съездить к родителям. Хочу побольше узнать о наших родственниках. Да и продуктов им пора привезти.
- Севера с собой возьмешь или мне оставишь?
- Оставлю, наверно. Север, – обратилась Ника в щенку, - со мной пойдешь или с Вероникой Марковной останешься?
Песик посмотрел на хозяйку и растянулся прямо у миски, закрыв глаза.
- Все понятно! Жди, вечером тебя заберу.
Вероника поблагодарила ВерОнику за гостеприимство и отправилась на работу.
На занятиях не было ничего интересного, но и сложного тоже ничего. Никины умнички-ученики были практически готовы к сдаче экзаменов. А школьники среднего звена уже ушли на каникулы. После занятий Вероника заехала на рынок, потом в магазин и отправилась к родителям. Мама с папой жили недалеко, но к ним Ника обычно приезжала на машине, потому что везла огромное количество сумок. И возвращалась от родителей с большим количеством контейнеров, кастрюлек, баночек и пакетиков.
В эти выходные проведать родителей не получилось, Вероника очень соскучилась. Она с сумками поднялась на третий этаж старенькой пятиэтажки, нажала кнопку звонка.
Дверь открыла приятная невысокая женщина лет пятидесяти пяти, стройная и улыбчивая, Черные вьющиеся короткие волосы были собраны заколкой в районе челки. Руки и фартук были в муке.
- Девочка моя! – радостно воскликнула мама, обнимая Нику, отставив в стороны испачканные в муке ладошки, - как же я соскучилась! Отец, иди, помоги, дочка приехала!
В подъезд вышел высокий крупный седой мужчина в спортивном костюме. Он, широко улыбаясь, аккуратно оттеснил в сторону жену, обнял и поцеловал дочку в макушку, забрал сумки.
- Никуль, закрой дверь, руки у меня в муке, - сказала мама, отправляясь на кухню, - сейчас пирог в духовку поставлю. Потерпишь? Очень голодная? Может салатика съешь?
- Нет, мамуль, я подожду, и все вместе пообедаем, - прокричала из ванной Вероника, - тебе помощь нужна на кухне?
- Нет, доченька, иди к папе в гостиную, поболтайте пока.
Вероника залезла с ногами в свое любимое кресло у окна. Отец уселся на диване, вытянув ноги.
- Как у тебя дела, доча? В выходные не приехала, никак парня завела? – весело спросил он.
- Папуль, собиралась я, да Катюшка на дачу пригласила. У них с Максом отличные новости, двойня у них будет.
- О как! Наконец-то дождались ребята! - обрадовался отец.
- Пап, я спросить хотела. Я раньше внимания не обращала, а сегодня вот мысль возникла. Скажи, а почему нет фотографий мамы, когда она маленькая совсем? Где-то лет с пяти только есть. Твои же с рождения. Я знаю, что тогда фотоаппараты не в каждом доме были. Но твоих то фоток много, а маминых нет.
- Знаешь, Никуль, ты это у мамы спроси. Сейчас пирог поставит в духовку и придет.
Довольная приездом дочери Василиса зашла в комнату, села в кресло и удивленно уставилась на серьезные лица мужа и дочери.
- Что -то случилось? – насторожилась она.
- Вась, тут дочка вопрос задала. Она спрашивает, почему много моих детских фотографий, а твои детские только после пяти лет.
Василиса немного напряглась, потом махнула рукой.
- Да в общем-то тайна небольшая. И отец знает, просто мама моя, твоя бабушка Люся, говорить об этом не любила, вот и не рассказывали. Дело в том, что твой дедушка Женя мне не родной отец, он женился на твоей бабушке и удочерил меня, когда мне пять лет было. Сказал, что не гоже, чтобы ребенок без отца рос. Я его своим отцом и считала всегда. А родного отца своего плохо помню. Мама моя из маленького городка, решила после школы в Москву поступать в университет на геолога. И поступила. Познакомилась с мужчиной на двадцать лет старше. С большими погонами он был. Мама забеременела, но оказалось, что он женат. Жена его узнала об их романе, угрожала маме, бабушке твоей. Мама бросила институт и уехала из Москвы в родной город. Родила меня, сначала родители ей помогали, а потом она папу Женю встретила. Он женился на ней и меня удочерил, и воспитывал, как родную.
-Мам, а как звали его хотя бы не знаешь? – спросила Вероника.
- Кого звали?
- Того мужчину с большими погонами. Отца твоего.
- Моего папу зовут Евгений, я Евгеньевна! – нахмурилась мама.
- Мамуль, ну не обижайся! – Вероника подошла к маме, обняла и поцеловала ее, - я про того мужчину, имя его хотя бы знаешь?
- Марк. Его имя Марк.
- Мамуль, а он знал, что ты родилась? Знал, что бабушка беременная от него?
- Думаю, что не знал. Мама рассказывала, что жена его её подкараулила, когда мама из женской консультации выходила. Угрожать стала, говорила, что либо выкидыш у нее будет, либо сама до родов не доживет. А бабушке твоей тогда девятнадцать лет было, в чужом городе. Испугалась за себя и ребенка, никому ничего не сказала, даже подругам. Забрала документы из университета и уехала к родителям, было заметно, что этот разговор очень расстроил Василису Евгеньевну.
- Мамуль. А давай-ка пирог в духовке проверим, - улыбнулась Ника, - кажется уже пахнет, да так вкусно!!! И кушать очень хочется!
- Кушать очень хочется! – подхватил отец. - А пойдемте-ка девчонки на кухню! Вероника наверняка сыра моего любимого купила?
- Купила-купила, - засмеялась дочка, - очень вкусный маасдам.
На кухне с удовольствием ели щи из щавеля, запеченную в духовке курочку с рисом, салат из свежих овощей, папин любимый сыр. Пили чай с маминым пирогом. Шутили, смеялись, отец рассказывал смешные истории из детства. После ужина Вероника мыла посуду, когда раздался звонок в дверь. Вероника слышала, как мама в прихожей с кем-то разговаривает. Закончив с посудой, Ника вышла полюбопытствовать, кто же пришел. В коридоре стояла соседка и пыталась всунуть маме в руки. Та подняла руки ладошками к соседке и говорила:
- Серафима Антоновна, спасибо большое, но есть у нас все, сама только пирог испекла, да и Вероника четыре сумки продуктов привезла.
- Мамуль, что случилось? Здравствуйте, Серафима Антоновна, - сказала Ника, пытаясь заглянуть маме через плечо.
Мама посторонилась и Ника увидела, что соседка протягивает ей тарелку с двумя пирожками.
- Это с капустой, - произнесла она, протягивая тарелку - я не знала, что Никочка приехала, я бы три пирожка принесла.
Нике показалось, что голос звучит, как с заезженной пластинки, замедляясь и растягиваясь. Она помотала головой и уставилась на тарелку с пирожками. По ней и по пирожкам ползала маленькая зеленая змейка. Змейка подняла голову и зашипела на Нику. Вероника попятилась и посмотрела на соседку. Ей показалось, что вместо улыбки на лице Серафимы Антоновны злая гримаса с клыками. Вероника закрыла глаза и помотала головой. Опять улыбающаяся соседка и пирожки на тарелке.
Ника почувствовала, что трилистник на груди начал нагреваться. Сначала она растерялась, потом посмотрела прямо в глаза женщины и мысленно проговорила: «Ты сейчас уберешься отсюда со своими пирожками и больше сюда не придешь, никогда, ни с чем. И больше никогда не будешь разговаривать с моими родителями и не посмотришь в их сторону. Уходи!!!»
Соседка под пристальным взглядом Вероники стала пятиться назад и вывалилась из квартиры вместе со своей тарелкой, споткнувшись о порог и чуть не упав. Мама закрыла за нею дверь. Вероника пошла на кухню, налила полный стакан воды, выпила его залпом и села на стул, обхватив голову руками и облокотившись локтями на стол. В кухню зашла мама, погладила дочь по голове.
- Никуля, тебе плохо? – тревожно спросила она.
- Все нормально, мамуль, голова закружилась.
- Давай-ка давление измерим, - мама побежала в комнату за тонометром.
- Мамуль, а часто она так заходит? – спросила Вероника, когда мама мерила ей давление.
- Раз в неделю, обязательно чем-то угощает. Да у тебя давление восемьдесят пять на шестьдесят, Ника!!!! Отец, проводи дочь до дивана. Никочка, сейчас я тебе укольчик сделаю быстренько.
Прибежал отец, подхватил Нику под руку, увел в гостиную. Мама быстро прибежала уже со шприцом. Сделала укол.
- Доченька, часто у тебя так давление падает? – тревожно спросила мама.
- Первый раз такое, - тихим голосом ответила Вероника, сил говорить не было, - мамуль, ты не договорила, что там соседка?
- Да приходит раз в неделю, чем-то угощает. Только я заметила, что после ее визитов, мне плохо становится, и с отцом ругаться начинаем. А еще как-то случайно увидела, как она во дворе около отца твоего крутилась, когда он пробитое колесо в машине своей менял. Не нравится мне она, очень не нравится.
- Больше не придет, - через силу улыбнулась Вероника, - не появится точно. Хорошо, что я у вас была. Мамуль, давай еще раз давление измерим, и я поеду.
- Доча, может останешься сегодня у нас?
- Я бы с удовольствием, - улыбнулась дочка, - но меня ждут.
- Кто? – удивилась мама.
- Я щенка завела, подобрала на улице маленького щенка. Так что у меня теперь собака есть, - улыбнулась дочь.
Попрощавшись с родителями, Ника обещала приехать в субботу. Когда она уже села в машину, из окна помахала мама. Через пару минут она выбежала из подъезда, протянула Нике фотографию, крепко обняла, поцеловала и убежала домой.
Ника посмотрела на фотографию: там была бабушка Люся и какой-то мужчина. Бабушка была молодая и счастливая: красивая блондинка с длинными прямыми волосами и огромными голубыми глазами. Ее обнимал за плечи высокий красивый жгучий брюнет с карими, почти черными глазами. Мужчине было лет сорок. Люся смотрела в камеру, что-то показывая мужчине, а он, нежно улыбаясь, не сводил с нее глаз.
Вероника собралась было ехать домой. Сил не было никаких, очень хотелось лечь и не двигаться. Потом вспомнила про Севера с Вероникой Марковной и отправилась в «сказочный дом», как она про себя называла дом ВерОники. С трудом доехав до места, она припарковала машину и долго сидела в ней. Минут через десять вышла сама Вероника Марковна, у нее в ногах крутился, повизгивая Север. Вероника открыла дверь, Север вскочил в машину на колени хозяйки и, поскуливая, стал вылизывать ей лицо и руки. Нике стало немного легче, она с трудом вышла из машины, достала пакет с гостинцами, который дала ей мама, взяла свой рюкзачок, закрыла машину.
- Дорогая моя, что с тобой случилось? – спросила ВерОника.
- Все хорошо, просто немного устала, - ответила Вероника, - очень хочется спать. У меня есть новости, но можно расскажу завтра за завтраком. Я домой хотела ехать, но вспомнила, что оставила у вас этого мелкого живоглота.
- Зато мне не было скучно. - ласково улыбнулась хозяйка дома, потрепав щенка по ушам. - Ужинать будешь?
- Нет, спасибо большое, - улыбнулась Вероника.
Они уже вошли в дом, Ника подала ВерОнике сумку с гостинцами, - там мама положила с собой вкусняшек, мамин фирменный черничный пирог, прошлогодние запасы ягод из морозилки, - пояснила она.
- От черничного пирога я не откажусь, - засмеялась женщина, - иди, ложись спать, девочка моя.
Вероника Марковна нежно обняла Нику за плечи и прижала к себе. На секунду Нике показалось, что обнимала ее мама. Она посмотрела на улыбку ВерОники: было полное ощущение, что это мама, только лет на двадцать старше. «Наваждение какое-то, - подумала она, - хотя, почему наваждение, она же моя тетушка и мамина сводная сестра. Наконец-то я сформулировала для себя эту мысль. Даже если бы имя Марк было совпадением, то внешний вид и эта улыбка: улыбка Марка с фотографии, улыбка мамы и улыбка ВерОники полная любви и нежности. Здесь не в чем сомневаться! Как хочется поделиться, просто распирает! Но если я сейчас не лягу в кровать, я умру».
Утром Вероника открыла глаза. Она спала на кровати в своей комнате поверх покрывала, в обнимку с Севером. Она даже раздеться и принять душ вчера не смогла. Посмотрела на часы – семь утра. «Еще полчасика можно поспать», - подумала она и опять отключилась.
Через час она проснулась от поскуливания Севера, пора было вставать, но сил не было. Написала сообщения клиентам, отменила занятия, в связи с болезнью, и опять отключилась. В районе десяти часов утра в комнату постучала и вошла Вероника Марковна.
Вероника открыла глаза, посмотрела на нее и опять отключилась. Север уже не поскуливал, а практически выл, в промежутках вылизывая ей лицо. ВерОника склонилась над гостьей, внимательно посмотрела, положила руку на висок, покачала головой и вышла из комнаты. Через некоторое время она вернулась. В руках у нее была чашка с травяным чаем, восковая свеча и пучок трав на подносе. Она зажгла свечу, от нее пучок с травами, обошла всю комнату, потом прошлась вокруг Вероники, что-то пошептала над чаем. Когда свеча и пучок трав догорели, женщина разбудила Нику и помогла сделать ей несколько глотков отвара. Минут через десять Вероника открыла глаза.
- Слава богу, пришла в себя, - с облегчением вздохнула ВерОника, выпей всю кружку сразу.
Вероника молча кивнула, залпом допила оставшийся чай.
- А сейчас в душ, ждем тебя с Севером внизу, расскажешь, что с тобой приключилось.
Вероника послушно потопала в ванную комнату, а ВерОника с щеном отправились вниз.
Минут через пятнадцать все сидели за обеденным столом. Завтрак был для Вероники необычным: свежесваренная лапша на курином бульоне.
- Сначала еда, потом все остальное, тебе надо восстановить силы.
- У меня есть интересные новости, я прямо не могу молчать!
- Сначала еда, потом расскажешь, что с тобой произошло, потом новости.
- Хорошо, - согласилась Вероника.
Когда лапша была съедена и выпит чай с маминым черничным пирогом, Вероника начала рассказ:
- Вчера я была у родителей. К маме с папой зашла соседка. Пыталась угостить их пирожками с капустой. Дамочка эта к нам в подъезд переехала лет пять назад. Мама говорит, что в последнее время раз в неделю приходит к ним с гостинцами. Только маме потом плохо становится, и с папой они ругаться начинают.
- А сколько соседке лет? – поинтересовалась ВерОника.
- Лет пятьдесят, немного моложе мамы.
- Так, дальше.
- Я в коридор выхожу, они там разговаривают. Посмотрела на тарелку, а по ней змейка ползает, маленькая такая, зелененькая. На меня посмотрела и зашипела. Я почувствовала, что клевер нагреваться стал. Глянула на соседку, а у нее оскал с клыками. А мама и не видит ничего, только тарелку брать отказывается. Вот я и сказала Серафиме Антоновне, чтобы она больше не приходила и в сторону родителей не смотрела.
- Что, так вслух и сказала? – усмехнулась женщина.
- Нет, я мысленно, не знаю как, но она меня услышала, убралась с пирожками моментально. А мне плохо стало. Очень сильно давление упало, мама даже укол делала.
- Ну теперь понятно все, - улыбнулась ВерОника, - ты все правильно сделала, только силы у тебя мало еще, быстро расходуется. А восстанавливаться ты не научилась. Старайся больше так не делать пока. Родителям мы с тобой защиту поставим, я тебя научу, сделаешь.
- Вероника Марковна, а вот защиту или обереги на своих родных можно делать?
- Не только можно, но и нужно. Мы их первыми обезопасить должны.
- Вероника Марковна, а у вас кроме сына еще родственники есть?
- Может и остался кто-нибудь в Испании, да откуда мне знать. А все, кто в России был, умерли уже. Папа с мамой в Москве похоронены. Остались я, да сын.
* «Пан кон томате» помидоры натирают на терке, сливают прозрачный сок, в помидоры добавляют оливковое ароматное масло и соль. Подают с хрустящими тостами и домашним хлебом.