Глава 113
Когда Костик приехал в микрорайон, где жил Витя, тот уже ожидал в нетерпении на автобусной обстановке: они договорились, что поделят расходы пополам, чтобы никому обидно не было: один купит алкоголь, другой закуску. Если честно, то такая меркантильность приятеля Костику была поперёк души. Он рассуждал так: если ты приглашаешь кого-то в гости, то угощай его, чем Бог послал. Если ничего у тебя нет, потому как ты нищеброд и работать не желаешь, то и звать нечего – сиди дома один и жуй то, что мама дала. Но вслух говорить такое Костик Вите не хотел, чтобы не обидеть. Потому хоть и с недовольной физиономией, но принимал установленные приятелем правила дружбы.
Хотя и дружбой это назвать было трудно: оба они знали друг про друга, что если возникнет острая нужда в помощи, никто ни к кому не приедет спасать положение. Так повелось: развлекаться вместе они были готовы, но не все остальное. Потому каждый свои проблемы решал самостоятельно. То есть изначально Костику казалось, что они друзья, и помогать надо, и был готов. Но довольно быстро понял: Витя не друг, а приятель. Типичный потребитель. Когда ему что-то нужно, будет звонить, спрашивать, просить. Когда что-то нужно было Костику, Витя делал вид, что слишком сильно занят. Поначалу это было поводом для сильной обиды. Но потом толстяк понял: всё равно ему больше не с кем общаться. С этим хотя бы можно время проводить.
По пути Витя рассказал, почему он сегодня один, и куда запропастилась его ненаглядная Юля. Костик внимательно выслушал эту драматическую историю и подумал в очередной раз, что они с Витей не друзья. Будь иначе, позвонил бы той же ночью, позвал, и они вместе пошли искать того мутанта, который с его девушкой учинил подобное. Но Витя ничего из этого делать не стал, ограничившись собственными поисками, которые к тому же завершились полным провалом.
Они зашли в продуктовый магазин, купили выпить и закусить, направились к Вите домой. Всё это оба считали прелюдией похода в ночной клуб. Отправляться туда трезвыми и на голодный желудок было бы безрассудно: алкоголь в «Мистрали» стоил безумно дорого, не говоря уже о ценниках в меню.
Когда Витя открыл дверь, Костик поморщился: в квартире стоял запах, свойственный обиталищам бомжей: воняло прогорклым подсолнечным маслом, жареной картошкой и сигаретным дымом. Костик поспешил открыть окно, чтобы проветрить. Возражения Вити, что станет холодно, он отверг: «Мне тут дышать нечем в твоей берлоге». Уселись они на кухне и давай грустно время проводить.
Потому было им грустно, что от Вити пусть и временно (вроде бы), но девушка ушла, у Костика не ладились отношения с Галиной, о чем он и рассказал приятелю. В чем причина охлаждения между ними, парень откровенно не понимал. Вроде бы все хорошо: они встречаются регулярно, гуляют вместе. Проводят ночи то у нее, то у него дома, и в интимном плане между ними все замечательно.
По крайней мере, каждая такая встреча дарила Костику настоящее наслаждение: Галина была не слишком искусна, многие вещи считала недопустимыми, но зато не отказывала в близости, и Костику, который несмотря на пухлое телосложение порой был чрезвычайно активен, это очень нравилось.
Некоторое время назад Галина даже показала, что умеет быть заботливой. Костик простудился пару недель тому. Дошло до бронхита, и он лежал дома – кашель, температура, слабость. Пил таблетки, но те не сильно помогали. Мать сказала: надо ставить горчичники и предложила помощь. Костик отказался: ему хотелось, чтобы его девушка в этом участвовала. Проверить решил, станет ли. Как говорится, «в болезни и в здравии».
Галина, конечно, приехала во время обеденного перерыва, положила Костику горчичники, привезла апельсины, но при этом ему показалось, что была она не слишком-то довольна тем, что ее вот так выдернули с работы. Толстяк списал это на занятость девушки: у неё в компании вечно один аврал за другим. Но осадочек-то, как говорится, остался.
Встречи и ночи продолжались, Костик много болтал, причем довольно часто рассказывал о жизни других людей, которые почерпнул в книгах и фильмах. Говорил о своих отношениях с Мариной. И однажды нарвался на открытую неприязнь. Галину словно прорвало: она высказалась в том духе, что ее достали эти повествования про чужие биографии, а история с Мариной просто выводит из себя.
Костик удивленно замолчал. Не ожидал такой острой реакции. С той поры в их отношениях с Галиной появилась первая серьезная трещина. И вот теперь парню казалось, что скоро им, наверное, придется расстаться. И будет он снова один-одинешенек на всем белом свете…