На пределе "умственных" возможностей,
А, порою, в запределье их пределов,
"Хомо сапиенс", забыв об осторожности,
К пропасти стремится оголтело.
Здравый смысл упрямо игнорируя,
Не спешит по лёгкому пути.
Он идёт, почти что не лавируя,
Не стремясь препоны обойти.
Сам же создаёт нагромождения,
Из препятствий, заковык и сложностей.
И штурмует их с остервенением,
Матерясь и плача в безысходности.
Строит, разрушает, лжёт и молится,
Задом-наперёд живёт, не в пекле, не в раю.
До изнеможения торопится,
С хрустом разломать мечту свою.
То разбрасывает он, до исступления,
То обратно собирает камни.
И походит это увлечение,
С каждым днём всё больше на диагноз.
Раб тщеславья, сребролюбия и Бахуса,
Под собою крепкий рубит сук.
В двух шагах от окончательного хаоса,
В паре взмахов сумасшедших рук.
Всякий раз, наделав бед и глупостей,
Он козлов находит отпущения.
Собственной не признавая тупости,
Не меняясь, не прося прощения.
Тужится, пыхтит и изощряется,
В замыслах не выбирая средства.
Я б сказал, как это называется,
Но не дремлет цензор по соседству.
Затевает в космос экспедиции,
Разум ищет внеземной пол сотни лет.
И немудрено в такую впасть амбицию,
Своего ума-то и в помине нет.
Он пустую гордо держит голову,
Несмотря на все свои изъяны,
Человек разумный (Хомо сапиенс) -
"Титулованный" потомок обезьяны.
Я не спорю, есть и исключения:
Люди с интеллектом помощней.
Созидания столпы и просвещения,
Средь бессчётных полчищ дикарей.
Только, как известно, плетью обуха,
Нам дано перешибить едва.
Море, то, что обмелело досуха,
Не наполнит капля никогда.