В школе всё было примерно так же: учителя всегда были правы, ученики всегда были правы, оценки всегда были правдивее. За плохие оценки не было наказаний в качестве лишения телевизора или других развлечений, потому что я итак ни с кем после школы не общалась. Зато болела я или нет, устала или нет, обязательно надо было делать уроки, ещё и помогать одноклассницам, с чьими мамами дружила моя мать. Она не могла им отказать, соответственно и мне нельзя было. Про общение с мальчиками вообще нельзя было говорить, мальчики - это плохо, вот дружи в школе, но не больше. В школе я не была удобной для одноклассников, уже в переходном возрасте, мне наоборот было все равно - перестанем мы дружить или нет, самооценка была хоть куда. Но была близкая подруга, которая мне постоянно говорила: "Так нельзя, надо быть мягче, добрее, больше прощать". Когда постоянно говорят одно и то же, невольно начинаешь задумываться. Все мои действия пресекались, когда они были неудобны. Позже после школы со мной можно б