Давай с тобой поговорим немножко. Давай по-стариковски поворчим. Мы спать легли. Глаза открыла кошка, Зевая, прогоняя сто причин : Болеть, не спать... да попусту - тревогу. -Ты как?- спросила, чуть прищурив глаз. -В порядке. Ну а ты? - Поверь, ей-богу, Погладь за ухом, буду лучше вас! Она мурлыкала, я тихо ей шептала. Друг другу мы несли какой-то вздор. -Ты, знаешь, мне любви казалось мало... -Ты, знаешь, без тебя меня б не стало... Луна на стропах звёзды опускала , Подслушивая странный разговор. Я , в полусне, почесывала холку И что-то лепетала про юдоль. Она немного позже, втихомолку Легла на плечи, забирая боль. Все говорят, что своенравны кошки И неверны. Способны и предать. Моя же ждет меня, как Хатико-шка. Домой зовёт, словно родная мать.
Давай с тобой поговорим немножко.
Давай по-стариковски поворчим.
Мы спать легли. Глаза открыла кошка,
Зевая, прогоняя сто причин :
Болеть, не спать... да попусту - тревогу.
-Ты как?- спросила, чуть прищурив глаз.
-В порядке. Ну а ты? - Поверь, ей-богу,
Погладь за ухом, буду лучше вас!
Она мурлыкала, я тихо ей шептала.
Друг другу мы несли какой-то вздор.
-Ты, знаешь, мне любви казалось мало...
-Ты, знаешь, без тебя меня б не стало...
Луна на стропах звёзды опускала ,
Подслушивая странный разговор.
Я , в полусне, почесывала холку
И что-то лепетала про юдоль.
Она немного позже, втихомолку
Легла на плечи, забирая боль.
Все говорят, что своенравны кошки
И неверны. Способны и предать.
Моя же ждет меня, как Хатико-шка.
Домой зовёт, словно родная мать.
