Ночь над тихой землёй парит,
Иссиня-чёрен простор.
Звенящая тишь повсюду царит,
Мерцает из звёзд ковёр.
Лес задремал, умолк, затих,
В ветвях приютив пичуг.
Только из тёмных дебрей глухих,
Звук донесётся вдруг.
То ли уху послышится зов,
То ли чей-то сдавленный плач.
То со страху почудится дикий рёв,
То в лугах заскрипит дергач.
Чей-то голос в чаще елЕй,
Не в лад затянул романс.
Это старый лесник Пантелей,
Вчерась получил аванс.
Шорох и шёпот налитых трав,
Ночью в плену тишины.
Под защитою спящих, могучих дубрав,
Зарылись в листву кабаны.
А над рябью топких болот,
Чей-то жуткий, далёкий смех.
Там нечисть лесная живёт,
Слыхал я, не хуже всех.
Звуки рожка и свирелей,
Всю ночь по-над топью витают.
Там шАбаш царит и веселье,
Там лешие свадьбу справляют.
Старый погост на пригорке,
Почерневших крестов перекос.
Чарки мутные высохшей "горькой",
С того дня, как "воскрес Христос".
А в полях молодое жито,
В тумане молочном тонет.
Малой птахою гнёздышко свито,
Лютый зверь, авось, да не тронет.
Мошкара над покосом танцует.
Ароматное сено в стогах.
Красну девку там парень целует,
Стан точёный сжимая в руках.
Вдалеке желтоглавый храм,
Плавит золото лунный свет.
Днями, верой торгуют там,
Ночью бога там тоже нет.
За околицей лай собак,
Что-то тащит во тьме ворьё.
Коль лежит не так, то не будь дурак,
Недосмотрено, знать ничьё...
И не вдруг, да не сразу поймёшь:
Каков нынче год или век.
Если ты на Руси не живёшь,
Коли пришлый, чужой человек.
День, да ночь своим чередом,
Всё как встарь, как и было всегда.
Спи Россия, со сказками дом,
Спи, пока не пришла беда.
