4 июня 1741 года экспедиция под командованием Витуса Беринга поднял паруса в Петропавловской гавани на Камчатке. Он отправился исследовать самую северную кромку Тихого океана, чтобы выяснить, существует ли сухопутная связь между Сибирью и Америкой. Из этой экспедиции почти половина экипажа и сам командор не вернулись домой.
На борту «Св. Петра» среди команды находился немецкий врач и естествоиспытатель Георг Стеллер. Первая часть путешествия прошла успешно. Беринг удачно высадился на западное побережье Аляски, и Стеллер стал первым естествоиспытателем, ступившим на эту неизвестную землю. Однако на обратном пути среди экипажа разразилась цинга. Земля показалась на горизонте только 4 ноября, но это был не материк, а остров на расстоянии сотен миль от Камчатки.
Весь экипаж сошёл на этот остров, который сейчас носит имя Витуса Беринга. Больных разместили в наспех построенных хижинах и землянках, а неделю спустя оставленный без присмотра «Св. Пётр» сорвался с якоря и был выброшен штормом на берег.
Вот тогда Стеллер и заметил в воде, при высоком приливе, громадные горбатые туши, похожие на перевёрнутые вверх дном лодки. Несколько дней спустя, он разглядел этих существ и понял, что они принадлежат к прежде не описанному виду. Это были животные, теперь известные науке под названием стеллеровой коровы (Hydrodamalis gigas).
Они питались водорослями ламинариями, за что русские называли их капустницами. Стеллер подробно описал внешность и образ жизни прославивших его стеллеровых коров. Они были родственницами ламантина и дюгоня, но по сравнению с ними были настоящими гигантами и весили около 3,5 тонн. Места обитания морской коровы ограничивались Командорскими островами, в частности, островом Медный, и бóльшего по размерам острова Беринга, расположенного к западу. Учёные считают, что в прежние времена стеллерова корова занимала более широкий ареал, но он сократился из-за преследования первобытными охотниками. Однако некоторые американские исследователи полагают, что стеллерова корова к моменту её открытия уже находилась на грани вымирания по естественным причинам. В 1880-е годы американский зоолог Л. Штейнегер подсчитал, что поголовье стеллеровой коровы во всём её ареале на момент открытия вида не превышало полторы тысячи особей.
Поначалу моряки не охотились на морских коров, потому что хватало непуганых каланов. Но затем в рацион вошли и морские коровы. Моряки поедали их несколько недель — пока, наконец, не отплыли на вновь отстроенном «Св. Петре» на родину. Возможно, что они и не сыграли большую роль в их уничтожении. Но затем начались события, которые вряд ли можно чем-то оправдать.
Вернувшиеся на Камчатку моряки привезли с собой шкурки морских выдр. Это был очень дорогой товар, и вскоре распространились слухи, что пушные звери в изобилии водятся на Командорских островах. Торговцы пушниной фактически оккупировали острова Медный и Беринга. За несколько лет массового забоя в этом районе погибло множество песцов и каланов. Шкура морской коровы не очень ценилась, но охотникам и морякам требовалось свежее мясо, и последовавший массовый забой морской коровы привёл к полному исчезновению этих медлительных и совершенно безобидных животных.
Последнюю морскую корову убили в 1768 году, то есть всего через 27 лет после открытия вида. Ныне от стеллеровой коровы осталось лишь несколько скелетов и отдельные кости.
